Главная

Биография

Приказы
директивы

Речи

Переписка

Статьи Воспоминания

Книги

Личная жизнь

Фотографии
плакаты

Рефераты

Смешно о не смешном




Раздел про
Сталина

раздел про Сталина

"Гитлер и Христос"

Гитлер и Христос

Предисловие

Насколько прочно христианство вросло в наш повседневный быт, свидетельствует хотя бы то, что мы, вне зависимости от отношения к нему, используем летоисчисление начинающееся с рождества Христова. И кажется всех это устраивает, что по меньшей мере странно. Когда начинаешь изучать античную историю, то всегда чувствуешь определенное психологическое неудобство связанное с обратным летоисчислением. С одной стороны видишь поступательнее развитие, торжество культуры, совершенство форм, умений и знаний, невиданный рассвет всех наук, а с другой-- вот этот "обратный отсчет", какой обычно предшествует взрыву, запуску ракеты, или испытанию ядерного оружия. Он как бы выворачивает исторический процесс наизнанку, и у неискушенных особ создает иллюзию некоего исчезновения времени. Задайте кому--нибудь вопрос: в каком году родился Христос? Вероятность получения точного вразумительного ответа будет крайне мала, при том, что какой сейчас год, --знают безусловно все. Получается Христос родился вне времени, в "нулевом" году. Его рождение ознаменовало собой начало конца. Конца того, что в эпоху наибольшего могущества христианства назовут не иначе как "золотым веком", причем назовут стопроцентные христиане. Таков был интеллектуальный финал первого пришествия... Второго пришествия Христа, ожидают давно и упорно. Ожидают, разумеется, истинные христиане. Выражение "до второго пришествия" вошло в поговорку. Пожалуй, с большим энтузиазмом ожидают только пришествия персонажа которого называют Антихристом. Впрочем, и это понятно. От Антихриста ждут глобального ужаса. Чего следует ждать от второго пришествия Христа никто толком объяснить не может и ученые-богословы здесь не исключение. Определенно, пролить больший свет на данный вопрос может исключительно доскональный анализ последствий его первого прихода в наш мир, двухтысячелетний юбилей которого мы будем (хотя нет, мы-то как раз не будем) отмечать через каких-то пятьсот дней. Все-таки деяния гипотетического Антихриста пока рождались только из распухших мозгов фантастов, вне зависимости от того к какому интеллектуальному или неинтеллектуальному цеху они принадлежали, с деяниями Христа и его последователей мы знакомы более чем реально. Согласно христианским эсхатологическим воззрениям второму приходу Спасителя будет предшествовать краткая, но насыщенная событиями эра Антихриста. Антихрист должен явиться в мир и выступить обольстителем, привлекая абсолютно всеми сторонами своей бесспорно гениальной натуры огромное количество бессознательной массы, совратить их с "пути истинного", уводя в ад, разуметься, обставив дело так, чтобы массам казалось что их ведут в рай, причем на максимально высокой скорости. Затем, в самый кульминационный момент, должен явиться Христос, этот подлинный мессия, и, играючи уничтожив Антихриста, установить на Земле уже вечную гармонию, покой и справедливость. Именно такой финал, а не что--либо другое, должно стать логическим итогом вторичного посещения Христом нашего несовершенного и погрязшего в "грехах" социума. Во всяком случае, в бесконечном множестве христианской литературы которая прошла через мои руки, ни на какое "третье пришествие" намеков не было. Что ж, простим сие авторам подобных опусов, в конце концов, мышление обыкновенного человека двухполюсно, мышление же подавляющего большинства христиан вообще однополюсно, для этого, кстати, и выдуман тезис о "триединстве святого духа". Три в одном. Одно в трех. К великому счастью, мы живем во время, когда христианство вступило в устойчивые сумерки своего существования. Его устои колебали долго и нудно. Колебали философы, колебали ученые-естествоиспытатели, колебали инженеры выдумывающие "бесовские машины", колебали, наконец, те, кто должен был эти устои охранять максимально бдительно, --я говорю о профессорах богословия, видных церковных деятелях, таких как Ян Гус, Мартин Лютер, патриарх Никон, хотя они были всего лишь продолжателями дела начатого еще на Седьмом Вселенском соборе, когда во-первых был принят догмат о почитании святых икон, нарушавший даже иллюзорный монотеизм христианства, а во-вторых, -- полностью оформившаяся тогда церковная элита по--братски разделила христианские земли между пятью наиболее влиятельными патриархами: Римским, Константинопольским, Александрийским, Антиохийским и Иерусалимским. Христианство самоорганизовалось в систему которая структурно была обречена на медленное и мучительное самоуничтожение. Было бы довольно странно, если бы сей масштабный и затянувшийся во времени проект так и закончился бы ничем. Ведь сколько человеческих ресурсов было израсходовано, чтобы сделать христианской, пусть весьма небольшую, но важнейшую часть земного шара, ту часть, где сосредоточены все интеллектуалы представленные бесспорно самыми великими народами. Я, естественно, говорю о Европе. Сколько войн было, сколько трупов наворочено! Куда там Молохам, Сатурнам и Ваалам с их мелкосерийными человеческими жертвоприношениями. В конечном счете, этот маленький субтильный человечек прибитый к кресту, "сожрал" не только этих троих, но тысячи других более или менее кровавых божеств. И если вести разговор об эре Антихриста, временно допустив ее потенциальную возможность, можно смело констатировать: если она и была, то началась она совершенно точно--после первого пришествия Христа. Вспомним, что по христианским представлениям-- Антихрист--существо нежизнеспособное, он склонен к самоуничтожению, параллельно уничтожая массы вовлеченных им неофитов. Посмотрим под этим углом зрения на христианство. Оно началось казалось бы с безобидных проповедей бродяги без определенных занятий в отдаленной провинции Римской Империи и, казалось, не имело абсолютно никаких шансов на успех. Однако ряд благоприятных условий, основное из которых --кризис европейского интеллекта и конвергенция азиатских элементов в римский социум, сделало реальным казалось бы совершенно невозможное: римляне, причем не плебеи, а элитные экземпляры патрициев, стали невзначай интересоваться столь оригинальной доктриной. Чем только не займешься от сытого безделья! Похоже в Риме тогда была своеобразная мода на "восток", сродни той, которую мы имеем сейчас, когда отваливающиеся от здания под названием "христианство" кирпичи, ударяя по головам последовательных и наиболее стойких христиан, делают их завсегдатаями разного рода японских, китайских или индийских религиозных сект, как правило --с явным тоталитарным криминальным оттенком. Когда христианские воззрения завладели умами высших римских слоев, началось именно то, что должно было начаться: христиане моментально, под страхом смерти, запретили все вероисповедания, т. е. они сделали вещь за которую их ненавидели римские интеллектуалы первых десятилетий прошедших после смерти Христа: формально декларируя полное невмешательство в дела отдельной личности, они сделали ее объектом террора во всех сферах, где эта отдельная личность могла найти свое приложение. Зная законы генезиса, нетрудно догадаться, что христианство могло поступательно распространяться до тех пор, пока все индивидуумы до которых могут дотянуться разного рода плешивые проповедники и которых они могут оболванить своим бессвязным бредом не будут охвачены таковым. Пока христиане "возделывали" Европу, в 632 году, на Востоке началась эра ислама и христиане автоматически оказались "запертыми". Последней большой территорией с арийским населением совращенной в христианство была Русь. К 1000 году, однако, и она капитулировала. Все. Браво, Иисус!!! Ты победил, но на этом героическая страница заканчивается. Начинается самоуничтожение. В 1054 году происходит Великий Раскол. Мы получаем два христианских мира стратегической целью которых является уничтожение друг друга. Затем крестовые походы, их было аж семь, не считая детского, и уже четвертый поход заканчивается разграблением католиками "Второго Рима" --православного Константинополя. Период уничтожения христианами христиан достигает своего апогея. Параллельно христиан уничтожают арабы в Испании, монголы и татары в России, турки на Балканах. Тысяча лет беспрерывной кровавой вакханалии. Термин "средневековье" стал синонимом ужаса, а ведь уместно напомнить: средневековье--рассвет христианства. Мы не знаем сколько времени будет длиться "эра Антихриста", если она и наступит. Хотя после двухтысячелетней эры Христа, мы либо вообще ее не заметим, либо наша цивилизация не выдержит и дня этой самой "новой эры". И тем более совершенно ясно что второе пришествие будет не просто излишним, нет, просто "приходить" будет некуда и незачем. Но эта книга не только о Христе. Она о том, кого считают одним из величайших представителей сил зла. Эра его земных деяний была, как и у Христа, весьма и весьма недолгой. Для своих адептов он, как и Христос, являлся воплощение бога на Земле. Анализируя деяния того и другого, можно видеть то мощное впечатление какое они имели на массы. Но самоуничтожение любой структуры, подразумевает и уничтожение причин приведших к ее появлению, ибо если нет условий для возникновения явления, то нет и самого явления. И если пойти дальше и предположить что Второе пришествие Христа и имело бы какой-то обоснованный в некоторых аспектах смысл, то смысл этот должен был заключался в создании условий для обеспечения уже видимого и осознаваемого всеми конца той эры которую мы именуем христианской. Человека осуществившего это, звали Адольф Гитлер, вся его жизнь в своих ключевых и наиболее значимых моментах--всего лишь повторение известного нам из евангелий земного пути Христа. И не только земного. Социальные последствия деяний Христа, которые ощущались в первые пятьдесят лет после его смерти, полностью идентичны тем, которые мы наблюдаем через пятьдесят лет после кончины Гитлера. И эта аналогия еще более показательна и поразительна. Христос пришел чтобы все смешать. Греческие и римские красавцы и красавицы воплощенные в потрясающие воображения скульптуры (почти все они были уничтожены христианами, до нас дошли лишь считанные экземпляры) уступили место карликам, горбатым, вонючим, юродивым, душевнобольным, импотентам и некрофилам, девизом которых было: не мыться, не бриться, не жениться, не работать. То же самое произошло и в интеллектуальной сфере. Античная наука, в подавляющем большинстве своих представлений абсолютна истинная, уступила место множеству такого количества лженаук, что их беглому обзору сейчас посвящают целые энциклопедии. Долго и мучительно наука вырывалась из христианского каземата, а количество уничтоженных церковью интеллектуалов значительно превысило число разного рода святых, блаженных, и прочих кретинов и дегенератов, ликвидированных при разных, как правило случайных обстоятельствах. Это должен знать и помнить каждый интеллектуал, особенно тот, кто в силу привычки по-прежнему празднует Рождество или говорить на Пасху "Христос воскрес! ", пусть и не веря в эту чушь. Такие, к сожалению, еще остались. Гитлер пришел чтобы все разделить. Расы--на низшие и высшие, искусство--на здоровое и дегенеративное, он сделал беспрецедентную попытку соединить античные идеалы с нормами ХХ века, и, что самое главное: он в максимально полной форме отделил церковь от государства, и всей своей доктриной продемонстрировал абсолютную ничтожность, нелепость и бесперспективность христианских представлений о всех сторонах жизни. Гитлер нанес смертельный удар коммунизму, --который был ни чем иным, как агонией христианства, а потому и впервые был установлен в самой христианской стране. Но если Христос не успел все смешать, то Гитлер--не успел все разделить. И тому, и другому, было отпущено очень мало времени, однако в сознании человечества они и их последователи успели оставить неизгладимый отпечаток. Вернемся однако к истокам...

    ГЛАВА ПЕРВАЯ

    ПРЕДТЕЧИ

"Мое учение--не мое, но послав шего меня". Христос (Иоанн 7, 16) "Когда люди надламываются и начинают впадать в отчаяние , тогда им больше всего нужны великие гении" Гитлер (МК 1, 12) Личность эпохального масштаба никогда не появляется внезапно, вне зависимости от того где эта личность себя реализует: в поэзии ли, в музыке, религии или политике. Для ее появления всегда необходим устойчивый фундамент и чем он мощнее, тем выше будут достижения такой личности. Фундамент этот -- пророки и предтечи, т. е. люди, которые своей деятельностью и поступками подготавливают массу к восприятию грядущей личности. Не следует, однако, полагать, что предтечи вкладывают в массу свою систему взглядов, нет они скорее обезоруживают массу, они ее опустошают и только потом приходит настоящий лидер, а масса уже во многом готова его воспринять, т. е. продседура восприятия значительно облегчается. Предтеча и последователь могут быть знакомы с друг другом, что, впрочем, совсем необязательно. Относительно предтечей Христа, прежде всего необходимо напомнить, что весь Новый Завет выстроен как некое продолжение Ветхого, поэтому в высказываниях каждого ветхозаветного пророка находили более или менее значительные указания на будущее пришествие "спасителя". За 600 лет до его рождения, Исайя предсказал, что "дева во чреве примет и родит сына и нарекут ему имя Эммануил" (Исайя 7, 14). В христианстве это считается наиболее ясным пророчеством о "спасителе" , но мы должны признать, что если оно как-то и проливает свет на рождение Христа, то дальнейшее изложенное Исайей самым поразительным образом расходится с его деяниями. Исайя видел совсем другого пророка-мессию. Все остальные пророчества настолько туманны и натянуты, что под них можно подвести все что угодно. Так, пророк Аггей, предсказал, что величие Второго храма будет больше величия Первого (Аггей 2, 9). В христианской литературе по данному поводу непременно наличествует комментарий типа: "так как в этом храме говорил Христос". Пророк Малахия предсказал, что перед мессией будет предтеча и ясно указал его имя: пророк Илья. Но и тут для христиан не оказалось никаких препятствий и Иоанн Креститель, предтеча Христа, был объявлен реинкарнацией Ильи, несмотря на то, что Иоанн лично констатировал: "Я--не Илья". Какие проблемы? Пророк Иона был поглощен китом и провел в его чреве три дня. В последствии и этому вполне реальному случаю была найдена аналогия в трехдневном пребывании Христа в "царстве мертвых", от своего распятья до воскресенья. Пророк Захария предсказал, что мессия въедет в Иерусалим на "осляти" и что Иерусалим будет ликовать от радости. (Захария 9, 9) Но Христос сам организовал именно такой тип встречи в Иерусалиме, "ослятя" же был предварительно подготовлен. (Мтф. 21, 2) Сами по себе ссылки на ветхозаветные указания имеют интерес как нарочито сочиненные прецеденты. Точно так же в Советском Союзе по любому поводу ссылались на Маркса и Ленина и, что самое забавное, почти всегда нужная цитата находилась. Философ Шопенгауэр, один из предтечей Гитлера, всем советовал почитать Ветхий Завет не в немецком (в его случае) переводе, но в древнегреческом варианте, ибо там он не находил абсолютно никакого присутствия духа будущего Нового завета, духа Христа. Это так. Я же от себя советую прочитать тот же Ветхий завет либо на иврите, либо в переводе с иврита. Когда я впервые это сделал, то совершенно отчетливо ощутил: Ветхий и Новый завет -- две совершенно разные книги и объединять их в одну обложку, как это желают христиане, -- все равно что объединять, к примеру, "Ригведу" и опус Брежнева "Малая Земля". Не стоит делать глубокого анализа евангелий чтобы вполне точно оценить степень познания Христа в тогдашнем иудейском законе. Все они сводились к знанию 10 заповедей Мойсея и нескольких пророчеств относительно прихода будущего Мессии, коего тогда ожидали с повышенным энтузиазмом. Вот и все. Это, видимо, был в то время необходимый минимум для каждого ребенка, знание которого давало возможность такому ребенку считаться грамотным, не говоря уже о подлинном мессии, за которого выдавал себя Христос. Объяснение недоумения фарисеев вопрошавших "неужели и вы прельстились" мы дадим позже. Из непосредственных прямых предтечей Христа мы знаем только одного: Иоанна Крестителя. Он был классическим предтечей, выходцем из высших слоев общества, вхожим в царский дворец (Лука 3, 19-20 и др. ), что в последствии его и погубило, ибо пророки должны всегда дистанцироваться от власть имущих. Для своей же безопасности. Все как положено. Иоанн постился и мыл руки перед едой, чего так не доставало ни Христу, ни апостолам, и что было постоянным предметом спора с фарисеями. Любая разрушительная доктрина всегда начинает распространяться с верхов. Исключений нет. Иоанна, однако, светская жизнь не устраивала, он предпочел переселится в пустыню, где вел жизнь отшельника, питаясь медом и акридами (Мрк. 1, 6). Иоанн не был ни религиозным революционером, ни просто диссидентом. Не ясна толком и система его взглядов, хотя ближе всего он был к секте ессеев. О предтечах Гитлера мы знаем больше, хотя величина каждого из них (как предтечи) существенно меньше чем фигура Иоанна. Меньше, если оценивать последствия их деятельности. Сам Гитлер называет одного из них: "Я посвятил первую часть моего сочинения восемнадцати погибшим героям.... К этим героям причисляю я также и того лучшего человека, кто сумел послужить делу возрождения нашего народа как поэт и как мыслитель и в последнем счете так же как боец. Его имя ДИТРИХ ЭККАРТ" (Выделено Гитлером) (MK 2, 15). Но Гитлер так назвал Эккарта, позже, после его смерти. А первым человеком повлиявшим на формирование взглядов еще совсем юного Адольфа был его учитель истории Леопольд Петч, последовательный пангерманист. "Для моей личной судьбы и всей моей дальнейшей жизни, сыграло быть может, решающую роль то обстоятельство, что счастье послало мне такого преподавателя истории... Я и теперь с трогательным чувством вспоминаю этого седого учителя, который своей горячей речью частенько заставлял нас забывать настоящее и жить в чудесном мире великих событий прошлого... Против своего собственного желания он уже тогда сделал меня молодым революционером". (MK 1, 1) Мы, однако, ничего не поймем в миросозерцании как Христа, так и Гитлера, если постоянно не будем помнить, что и тем, и другим, в значительно большей степени чем все остальное, руководила мощная интуиция, которая их никогда не подводила. Эта интуиция опиралась на чрезвычайно развитое внутреннее воображение и громадный приоритет в чувственной стороне восприятия любого события, поэтому к восприятию номинальных предтеч они по сути были готовы. Такой важный момент в биографиях Христа упущен полностью, но у Гитлера в этом вопросе все ясно. Будучи двенадцатилетним ребенком, Адольф безусловно мог понимать, знать и чувствовать больше чем его ровесники и его дальнейшая судьба--тому явное подтверждение. Но двенадцать лет-- не тот возраст , когда человек полностью дифференцирует реальные вещи от виртуальных, он еще не может отделять сказку от бытия, поэтому через сказку он самым наилучшим образом воспринимает реальную действительность, пусть даже такое восприятие и не совсем верно. Человеком создавшим эти образы для Гитлера был Рихард Вагнер (1813-1883), может быть самый великий композитор, которого знало человечество, с творчеством которого Адольф познакомился в Линце. Вагнер второй персонаж которого вводит Гитлер после учителя истории. "Через несколько месяцев я познакомился с первой оперой в моей жизни --с "Лоэнгрином". Я был увлечен до последней степени. Мой юный энтузиазм не знал границ". "Программирование" вагнеровскими персонажами Гитлер пронес через всю жизнь и мы к данной теме будем еще неоднократно возвращаться. Нельзя точно сказать какая опера Вагнера была у него любимой, пристрастия по-видимому менялись в диапазоне от "Лоэнгирна" до "Парсифаля", а сам Гитлер являл из себя некую причудливую комбинацию полумифических средневековых героев и в их жизни, и в их смерти. Было у него что-то от "Скитальца", особенно в его системе отношений с женщинами, и от "Тангейзера" (поездка в Рим, которая произвела на него совершено неизгладимое впечатление плюс неоязычество) и от "Лоэнгрина" , и даже от "Тристана" (их совместное самоубийство с Евой Браун, этой "Изольдой"). Пожалуй только в самой "немецкой" из всех опер, в "Мейстерзингерах", мы не находим ничего и никого, кто имел бы аналогию с Гитлером. Зато в "Кольце", особенно в "Гибели Богов", Гитлер-- типичный Зигфрид. Персонажи вагнеровских опер были для Гитлера тем же, чем ветхозаветные для христианства--они были их прообразами и подобно тому как почти каждому эпизоду Нового завета находят ветхозаветную интерпретацию, каждому эпизоду жизни Гитлера, можно найти отображение в одной из опер Вагнера. Последней оперой Вагнера которою увидел Гитлер, был "Парсифаль"-- лебединая песня, поставленная им за год до смерти. Именно из-за нее в свое время с Вагнером окончательно порвал Ницше, решивший что на склоне лет "старый Калиостро" капитулировал перед христианством. Гитлер, хотя ему было уже за тридцать, был просто ошарашен "Парсифалем". " Я создам религию... религию "Парсифаля"-- заявил он после своего паломничества в Байрейт. Это не были пустые слова. С его благословения, специальный отдел СС занимался поисками Грааля вплоть до последних дней национал-социализма. "Но когда я представляю себе как пресно и скучно на христианских небесах! В этом мире есть Рихард Вагнер, а там только "Аллилуйя", пальмовые ветви, младенцы, старики и старухи" (HTG 13. 12. 41). Это мнение Гитлера о Вагнере и христианстве. Наше исследование не может не затронуть проблему взаимоотношения больших и малых предтечей Гитлера с христианством, как образом жизни и мировоззрением. И здесь мы сталкиваемся с весьма интересным феноменом. Все, все без исключения духовные предтечи Гитлера, по сути выросли из христианства, те из них которые отошли от него на определенном этапе своей деятельности, под конец жизни, в той или иной форме к нему возвратились. Пример Вагнера, приведенный выше, --не единственный. Шопенгауэр (1788-1860), преуспел на этой стезе меньше всего, но имена библейских персонажей в его трудах мелькают куда чаще, чем имена античных, что само по себе показательно. Хьюстон Чемберлен (1855-1927), который настолько "уверовал" в фюрера, что на седьмом десятке лет вступил в НСДАП, оставался тем не менее вполне последовательным христианином. Бесспорный интеллектуал, поклонник Ницше и Вагнера, написавший знаменитую в свое время книгу "Основы XIX столетия", где панегирики арийской расе чередовались с обличением тлетворной роли евреев, от времени их первого рассеяния в "вавилонском плену", до наших дней, столкнулся с проблемой, которая, казалось, была неразрешимой, а именно: связать три вещи: высшие добродетели арийцев, расовую чуждость евреев и еврейство Иисуса Христа--этого "величайшего человека"(по выражению самого Чемберлена). Ему здесь помогли родные английские гены, -- этакая смесь прагматизма и позитивизма. Он объявил Христа арийцем (!!! ), причем таким, в котором не содержится "ни капли еврейской крови"(! ). Да... Обширная эрудиция Чемберлена никак не помогла ему обосновать такое совершенно нелепое утверждение. Параллельно с Христом арийцем был объявлен царь Давид (Наполеон, кстати, в арийцы не попал). И хотя Гитлер скорее всего не читал монографию Чемберлена, из разговоров с ним он твердо усвоил факт: "Христос был арийцем" (HTG 13. 12. 41). Ницше (1844-1900), мощнейший интеллектуальный бомбардировщик христианства, автор может быть лучшего антихристианского памфлета "Антихрист", выходец из потомственной протестантской священнической семьи, так же оказался неспособным изжить христианские фабулы из своего сознания, поэтому в его творчестве перемежаются христианские и антихристианские произведения, а за тенью "Заратустры" -- любимейшего произведения Гитлера, маячит скорбный лик Христа. По сути деяния Заратустры--ни что иное, как модель деяний Христа, после своего воскресения, если бы его, конечно, не угораздило так быстро "вознестись". Когда помрачение сознания Ницше достигло критической точки, когда его болезнь стала необратимой, мы увидели ту роль в которой он сам себя видел.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

    Rambler's Top100       Рейтинг@Mail.ru