Главная

Биография

Приказы
директивы

Речи

Переписка

Статьи Воспоминания

Книги

Личная жизнь

Фотографии
плакаты

Рефераты

Смешно о не смешном





Раздел про
Сталина

раздел про Сталина

Застольные разговоры Гитлера

- 25 -

Начальный этап его деятельности на посту главы этого кабинета был каким угодно, но только не простым. За исключением Фрика, под его началом в правительстве не было ни одного министра от Национал?социалистской партии . Из остальных некоторые, например Бломберг и Нейрат, сразу же заявили о своей поддержке, но другие хотели проводить исключительно собственную линию. Арестованный позднее и осужденный судом за растрату комиссар по вопросам труда Гереке с самого начала оказался его злейшим врагом. Он поэтому был особенно обрадован, когда Зельдте пришел к нему и заявил, что жребий брошен; его организация, союз "Стальной шлем", объединяющий бывших фронтовиков, в дальнейшем не будет выступать против его - шефа - политики .
К обусловленным составом кабинета трудностям добавилось еще и то, что "старый господин" назначил его канцлером только лишь потому, что иначе невозможно было конституционным путем разрешить правительственный кризис. Это прежде всего выразилось в том, что "старый господин" с самого начала связал его назначение с целым рядом условий. Так, он распорядился, чтобы дела, относящиеся к рейхсверу, внешнеполитическому ведомству и назначению на дипломатические посты, находились исключительно в его, "старого господина", ведении. Далее он изъявил желание принимать его, шефа, с докладом только в присутствии фон Папена. Подпись "старого господина" на указе о роспуске рейхстага - уже после того, как он громогласно зачитал его на заседании кабинета 31 января 1933 года, - ему только с большим трудом удалось заполучить при посредничестве Мейснера. Но через 8...10 дней отношение "старого господина" к нему уже резко изменилось. "Старый господин" захотел поговорить с ним по какому?то делу, он же по долгу службы обратил его внимание на то, что не вправе приходить к нему с докладом без фон Папена, а того в настоящее время нет в Берлине. "Старый господин" заявил ему в ответ, что желает поговорить с ним наедине; в будущем присутствие фон Папена также совершенно необязательно.
Через 3 недели "старый господин" уже настолько был расположен к нему, что впервые проявил отеческую заботу и следующим образом высказался относительное назначенных на 5 марта выборов: "Что же мы будем делать, если вы не наберете большинства голосов, опять начнется старая история!" Когда поступили первые сообщения о результатах выборов, "старый господин" уже был настолько искренен по отношению к нему, что с нотками облегчения в голосе объявил: теперь Гитлер победит. И когда выборы закончились грандиозной победой НСДАП , он прямо заявил, что в глубине души весь этот парламентский балаган ему чужд и антипатичен и теперь нужно навсегда покончить с выборами.
О том, что "старый господин", несмотря на свой возраст, все еще был способен ясно мыслить, свидетельствовало его отношение к докладу посла Надольного о переговорах по разоружению в Женеве. Предложение Надольного сводилось к тому, что нужно немедленно пойти навстречу желаниям враждебных держав в вопросах разоружения Германии, хотя остальные государства сделают соответствующие шаги в этом направлении лишь через несколько лет. После того как он - шеф - категорически отверг это предложение и известил об этом "старого господина", Надольный - без его ведома - записался на прием к "старому господину". Но "старый господин" буквально выставил его за дверь и рассказал затем, что нечего даже было и думать о том, что он после доклада Надольного может изменить свою позицию; более того, он выпроводил его со словами: "Вы за Москву, убирайтесь вон!"
Впрочем, этот инцидент вообще характерен для специфической манеры "старого господина" находить для всех проблем простые решения. "Старый господин" прекрасно понимал, какие интриги плелись против нас на Женевской конференции по разоружению, когда нас хотели заставить принять на себя обязательства, которых другие вовсе не собирались выполнять. Он поэтому согласился с тем, что 14 октября 1933 года в час дня, через несколько минут после того, как Макдональд изложил перед членами Лиги Наций проект разоружения Германии, рейхспрессешеф Функ передаст представителям мировой печати решение германского правительства о нашем выходе из Лиги Наций.
При рассмотрении вопроса о занятии нами демилитаризованной Рейнской области "старый господин" также держался превосходно и произвел сильное впечатление своим истинно мужским поведением. Напротив, министров пришлось каждого в отдельности убеждать поддержать план ввода частей вермахта в эту Рейнскую зону. Папен даже испугался, поскольку французы угрожали в таком случае оккупировать некоторые наши территории . Но он, шеф, стоял на той точке зрения, что пускай французы беспрепятственно займут Майнц, если тем самым мы вновь обретем свободу действий и сможем править остальной частью рейха так, как нам заблагорассудится, и прежде всего продолжать перевооружаться . И развитие событий полностью подтвердило его правоту. Правда, он тогда в целях обеспечения спокойствия в немецком народе посчитал правильным лично выехать на Запад, но немецкий народ, отдав 99 процентов своих голосов на выборах в рейхстаг 29 марта 1936 года в его поддержку, показал, что он с полным пониманием относится к нему.
Далеко не всегда было легко и просто убедить "старого господина" в правильности того или иного шага, но, если это удавалось, он готов был горой стоять за дело. Так, он сперва даже слышать не хотел о каких?либо мерах, направленных против евреев. Но когда за обедом в шведском посольстве, в котором они оба принимали участие, король Швеции начал было резко критиковать принимаемые в Германии меры против евреев, "старый господин" в ответ на эти высказывания своим сочным басом резко заявил, что это - внутреннее дело Германии, решение которого находится исключительно в компетенции германского канцлера .
И в необходимости принятия мер по ограничению свободы печати "старого господина" далеко не сразу удалось убедить. Он, шеф, поэтому даже прибег к известной уловке, решив затронуть у "старого господина" военную жилку. Он назвал его не "господин рейхспрезидент", а "господин генерал?фельдмаршал" и аргументировал предпринимаемые им шаги тем, что и в армии также недопустима критика снизу вверх, но исключительно сверху вниз. Ибо куда мы придем, если унтер?офицер захочет дать оценку (иначе говоря, покритиканствовать) действиям капитана, капитан - генерала и т. д.? "Старый господин" сразу же понял, в чем дело, и без всяких возражений согласился с тем, что то же самое можно сказать и о критике прессой правительственных мероприятий. "Тут он совершенно прав, критиковать может лишь начальник!" Тем самым судьба прессы была решена, и со свободой ей пришлось расстаться.
И если "старый господин" шел в ногу с ним и всегда старался с пониманием отнестись к его, шефа, намерениям, то это нужно ему особенно вменить в заслугу. Насколько он при этом освободился от прежних предубеждений, свидетельствует высказанное им при подписании указа о назначении гауляйтера Гильдебрандта имперским наместником замечание. "Старый господин" пробурчал про себя, что, мол, не мог ли этот бывший батрак, добравшийся до положения депутата рейхстага, на этом бы и успокоиться?!
И, проникшись к нему симпатией, "старый господин" очень трогательно заботился о нем. Он неоднократно высказывался в том смысле, что у него теперь есть канцлер, который жертвует всем ради Германии и он ночью зачастую не может уснуть, потому что "его канцлер во имя спасения немецкого народа летит на самолете из одной части рейха в другую. Чертовски жаль, что он состоит в партии!".


130

22.05.1942, пятница, полдень

Берлин, рейхсканцелярия
За обедом в рейхсканцелярии шеф заявил: в наши дни есть две группы людей, причастных к шпионажу, так называемое светское общество и пролетариат. Среднее сословие чересчур добропорядочно для занятия шпионажем.
И если поставить перед собой цель эффективно бороться со шпионажем, то нужно каждого, кто занимается им, убедить в том, что он - в случае поимки - ни при каких обстоятельствах не останется в живых.
Не менее безжалостно нужно действовать и при вынесении наказания за целый ряд других порожденных войной преступлений, например за кражи, совершенные в условиях затемнения. Ибо как же Можно во время войны предотвратить такие совершаемые в условиях затемнения преступления, как кражи дамских сумочек, изнасилования, кражи со взломом из подвалов и вообще любые кражи со взломом: во всех этих случаях нужно всегда приговаривать к смертной казни как высшей мере наказания, не важно, 60 лет преступнику или 17.
Если не карать жестоко за совершенные во время войны в тылу преступления, то возникнут две опасности:
а) рост преступности настолько усилится, что остановить его будет просто невозможно;
б) возникает возможность, что порядочный человек погибнет на фронте, а какой?нибудь негодяй в тылу, занимаясь преступной деятельностью, обеспечит себя на всю жизнь, ибо он - как ему совершенно точно известно - за такое?то преступление, согласно параграфу такому?то, лишь на ограниченный срок попадет в тюрьму.
Нужно четко сознавать, что население во время войны совершенно естественным образом раскололось на три группы: крайние идеалисты, крайние эгоисты и колеблющиеся.
Если закрыть глаза на то, что, в то время как идеалисты в огромном количестве гибнут на фронте, с негодяем в тылу будут мягко обращаться и это станет традицией, то тем самым будут открыты все пути для наиболее жизнестойких негативных элементов и станет ясно, что мы не извлекли никаких уроков из последних лет первой мировой войны - 1917 и 1918 годов. Поэтому есть только одна альтернатива: человек на фронте может умереть, негодяй в тылу должен умереть. Государство, которое не в состоянии жестко придерживаться этого принципа, не имеет права посылать своих идеалистов на смерть в боях с врагом.
За обедом шеф, развивая эту тему, пожаловался на то, что нынешние судьи совершенно не понимают своих задач. Поскольку они действовали еще в те времена, когда правили наши противники и, подобно попам, оказались совершенно не подверженными веяниям времени, в душе они остались либералами. Он поэтому вынужден принять самые радикальные меры и изгонит из германского судейского сословия любого судью, который постоянно выносит приговоры, идущие вразрез с народным благом и истинно национальным мировоззрением.
Ибо он лично отвечает за то, чтобы, в то время как герои идут на фронте на смерть, в тылу вновь, как в 1918 году, не подняли голову мошенники и проходимцы. Поскольку поддерживать дисциплину на фронте приходится с помощью самых суровых законов, было бы верхом несправедливости по отношению к фронту проявлять в тылу мягкость и снисходительность .
По отношению к молодежи в разгар войны нужно также использовать совсем другие средства, чем в мирное время, и не допускать никаких послаблений. В мирное время, конечно же, вновь можно в тех случаях, когда имеешь дело с пятнадцати- или семнадцатилетним преступником, заменять ему тюремное заключение хорошей поркой, поскольку он - если у него сохранились хоть какие?то понятия о чести - будет на всю жизнь чувствовать себя опозоренным, а иначе он еще, чего доброго, научится у старых каторжников каким?нибудь хитрым преступным приемам и обычаям.
Так, например, один субъект, совершивший множество преступных развратных действий, в свои молодые годы узнал от других преступников рецепт смертельного яда, который, однако, уже через 20 минут невозможно обнаружить в организме. Он приказал допросить этого преступника, некоего Зеефельда, в гестапо, ибо предполагал, что тот совершил гораздо больше преступлений, чем признал на следствии. И после того как в гестапо его заставили 12 часов стоять в котельной и не давали ему даже глотка воды, он раскрыл душу и признался в совершении 107 убийств детей по почве полового извращения и показал чиновникам места, где он закопал детские трупы. Поскольку лицо, совершающее преступные развратные действия, как правило, заканчивает тем, что убивает жертву своих противоестественных наклонностей, его следовало своевременно обезвредить, даже если тогда он еще был юн. Он поэтому всегда выступал за принятие самих суровых мер против этих асоциальных элементов.
Смерть гауляйтера Ровера очень сильно потрясла Гитлера, ибо в его лице он потерял идеалиста, который из своего жалованья и доходов покупал лишь самое необходимое, а остальные деньги тратил на благотворительные цели и общественные нужды. Поэтому фюрер обязан сделать все, чтобы рейх взял на себя расходы по содержанию дома фрау Ровер, и у нее по крайней мере осталась бы крыша над головой.
Но несмотря на перенесенные потрясения, фюрер прекрасно владел собой и перед обедом в зале приемов приветствовал нас со всегдашней дружелюбной улыбкой - может быть, на этот раз чуть более походившей на маску - и пожал каждому руку.


131

27.05.1942, среда

Берлин, рейхсканцелярия
Приняв участие 22?го в официальном акте в мозаичном зале рейхсканцелярии, а затем 23?го в траурной церемонии по поводу смерти гауляйтера Ровера в Ольденбурге, я вновь вернулся самолетом в Берлин на службу. Докладывая о своем возвращении дежурному, личному адъютанту Гитлера группенфюреру Альберту Борману, я узнал, что в воскресенье шеф беседовал с рейхсминистрами Шпеером и Дорпмюллером о прокладке в будущем на Москву, в Харьков и в Турцию железнодорожных магистралей, ширина колеи которых составит четыре метра и которые, пройдя по старым землям рейха, будут сходиться в Берлине - откуда уже пойдут ответвления на Мюнхен и в Рурскую область. В используемых на этих магистралях пассажирских вагонах с двух сторон должны быть сидячие купе, а посередине - проход шириною в один метр. Товарные вагоны должны быть сконструированы таким образом, чтобы их верхнюю часть можно было снять с помощью подъемного крана, а затем насадить ее на нижнюю часть товарных вагонов, курсирующих по железным дорогам с нормальной колеёй.


132

27.05.1942, среда, полдень

За обедом шеф говорил преимущественно о переоборудовании находящегося в настоящее время на верфи "Дешимаг" в Бремене тяжелого крейсера "Зейдлиц" в авианосец, который можно было бы вместе с линкорами использовать в морских операциях между Норвегией, Исландией и Шотландией.


133

27.05.1942, среда, вечер

За ужином шеф завел разговор об отеле "Четыре времени года" в Мюнхене, огромные расходы на постройку которого не оправдали себя, ибо все испортил совершенно безвкусный фасад и сильный уличный шум. Для его владельцев, братьев Вальтершпиль, нужно построить в Мюнхене роскошный отель, который будет в первую очередь предназначен для иностранцев, то есть служить источником валюты. Его нужно построить в новом стиле, который, возникнув под влиянием строительства мощных военных судов и в первую очередь под воздействием работ профессора Трооста, уже нашел выражение в зданиях отелей "У слона" в Веймаре, "Кайзер" в Познани, "Немецкий двор" в Нюрнберге и "Берхтесгаденский двор" в Берхтесгадене.
Он особенно охотно размышляет о сооружении таких новых строений именно в Мюнхене, поскольку никто с такой человеческой теплотой не относится к нему, как мюнхенцы, которые позаботились о том, чтобы ему никто не мешал ни в кофейне, ни на террасе Дома немецкого искусства, и любого, кто приставал к нему, отгоняли со словами: "Оставьте его в покое, он должен отдохнуть!"
Но если в Мюнхене будет воздвигнут такой роскошный отель для иностранцев, то нужно позаботиться о том, чтобы американцы - большие любители сувениров - не утащили оттуда все, что только можно унести. У него самого американцы - гости Олимпиады, которых он как?то принимал у себя, - похитили 137 серебряных ложек и все щетки, гребни и прочие предметы туалета, на которых была его монограмма. Очевидно, они как женщины, которые страдают некоей манией. Нет, пожалуй, такой женщины, которая бы не попыталась купить из?под полы контрабандный товар или спрятать от глаз таможенников и тайком перевезти через границу носовые платки, ткани и тому подобные вещи. Уж больно для них заманчиво обмануть государство, в этом?то все и дело.
За ужином шеф завел разговор о том, что снискавшие столько славы герои из наших военно?воздушных сил немало отличились уже во время первой мировой войны. И мы обязаны позаботиться о том, чтобы сохранить для грядущих поколений - именно в военно?воздушных силах как наступательном роде войск - как можно больше наших ветеранов - кавалеров Рыцарского креста. Летчик, награжденный Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту, пользуется у молодежи высочайшим авторитетом. И того, кто сбил сто вражеских самолетов, следует как одного из наиболее храбрых летчиков освободить от дальнейшего участия в боевых вылетах.


134

28.05.1942, четверг

Поскольку рейхсляйтер отсутствовал, мне пришлось вчера вечером впервые одному отправиться к шефу, чтобы продемонстрировать ему новую световую ловушку для насекомых, которую достал уехавший в Мюнхен рейхсляйтер Борман. Ибо комары нас здесь совершенно замучили.
Если те, кто служит в ставке фюрера, утомленные монастырской жизнью, позволяют себе подшутить над кем?нибудь, то Гитлер от души смеется вместе со всеми. В этот раз они, воспользовавшись отсутствием рейхсляйтера Бормана, рекомендовали ему меня как человека, прекрасно разбирающегося в технике. Их хитрый замысел заключался в том, что ловушка для комаров, которую Борман приказал изготовить, чтобы наконец очистить район Растенбурга от этих ужасных созданий, можно было, так сказать, торжественно освятить лишь в кабинете Гитлера. Все мои заверения в том, что я ничего не понимаю в технике, ни к чему не привели, ибо многих за столом - судя по движениям их рук - сегодня особенно мучили комары. И мне не оставалось ничего другого, как взять эту работающую по принципу пылесоса машинку, попросить секретаршу Бормана показать, как она включается и выключается, и затем установить этот прибор в кабинете Гитлера.
Когда Гитлер вошел и сразу начал заниматься своей овчаркой, которой этот прибор, очевидно, не понравился, машинка вдруг издала такой рев, что овчарка мгновенно отскочила назад. "И этой штукой вы хотите заманить в ловушку маленьких комариков?" - спросил меня Гитлер и надел очки, чтобы более тщательно рассмотреть сей шедевр. Когда же он обнаружил во входном канале комаров и задумался, очевидно силясь понять, как они туда попали, я, помолчав немного и преодолев чувство неловкости, собрался с духом и признался в том, что "я, с присущей юристу осторожностью, с учетом моих совершенно недостаточных познаний в технике и испытывая вполне естественное недоверие к машинке, по дороге сюда поймал несколько комаров и всеми правдами и неправдами засунул их сюда". Он от души рассмеялся, а вслед за ним все его застольное общество, которое, спрятавшись за занавесом у входа, наблюдало за этой сценой и теперь умыло руки, зная, что мне придется отдуваться перед Борманом и рассказывать ему о том, каким позором закончилась демонстрация его световой ловушки. Гитлер по достоинству оценил мои усилия, нарисовав более рационально сконструированную модель прибора для ловли комаров и подарив мне этот рисунок.


135

29.05.1942, пятница, перед обедом

Берлин, рейхсканцелярия
Перед обедом рейхсминистр доктор Геббельс рассказал о замысле снять фильм "Лола Монтес". Шеф приветствовал эту идею, но одновременно предостерег от того, чтобы представить судьбу этой женщины и личность короля Баварии Людвига I в неверном свете.
Лола Монтес - это вовсе не танцовщица типа наших нынешних красоток, танцующих в стиле "ну?ка, сбросим юбочку", но женщина выдающегося ума, интересовавшаяся всем на свете. Каким сильным характером она обладала, видно хотя бы уже из того, что, хотя католическая церковь, чинила ей неимоверные трудности, она так и не склонила перед ней голову.
Что же касается личности Людвига I, то ни в коем случае нельзя изображать его просто?напросто бабником. В первую очередь это был по?настоящему выдающийся человек и величайший строитель в Европе. Уже сама идея строительства "Валгаллы" и ее претворение в жизнь свидетельствуют, что этот монарх не замыкался в пределах своей маленькой державы и учитывал также интересы всех немцев. Помимо всего прочего его заслуга и в том, что он превратил Мюнхен в центр культуры, сделав тем самым неоценимый подарок всей германской нации.
И если тем не менее ни против одного из баварских королей так активно не выступали, как против него, то это объясняется тем, что церковь все время плела интриги против него. И если при этом подвергали нападкам танцовщицу Лолу Монтес, то это было лишь предлогом. На самом деле велась борьба против усиления либеральных тенденций в политике короля, которые объяснялись ее влиянием и которые говорили о том, что он далеко опередил свое время.
Людвига I поэтому нельзя представлять эдаким очаровательным венцем на троне в манере Пауля Хербигера , нет, его нужно изобразить как короля, каждый жест которого проникнут величием и достоинством, и для этого лучше всего подходит Кайслер .


136

29.05.1942, пятница, полдень

Берлин, рейхсканцелярия
За обедом шеф заявил, что этой зимой на нашу долю выпали особенно тяжкие испытания еще и потому, что одежда наших солдат, уровень их оснащения и моторизации ни в коей мере не соответствовали условиям той зимы, когда температура понизилась до минус 50°С. И если уж говорить о зимнем кризисе, то он был вызван нехваткой именно этих вещей.
К тому же на психику очень сильно давило то, что Наполеон был побежден русской зимой и что зимой 1941/42 года температура упала так низко, как еще никогда не опускалась в России за последние 150 лет, и это произошло совершенно внезапно .
И если немецкий народ смог преодолеть такой кризис, то это объясняется тем, что фронт и тыл стремились вместе выстоять в эти трудные времена. И пока народ твердо стоит на этой позиции, государство не погибнет, если крепкие парни будут высоко держать его знамя.
Жаль только, что эта война произвела чудовищные опустошения среди элиты нашего народа, и, например, среди погибших на фронте берлинцев членов партии в шесть с половиной раз больше, чем беспартийных.
На просмотрах "Вохеншау" нам показывают иногда также иностранные фильмы.
Например, русскую хронику, посвященную победе Советов над нашими войсками под Москвой в декабре прошлого года. Вначале зазвенели колокола всех московских церквей, советские зенитки открыли огонь по нашим самолетам, мелькнули таинственные силуэты Кремля, где обосновался Сталин, которого Гитлер считает гением и открыто восхищается им, православные священники в полном облачении высоко подняв кресты, пошли от дома к дому, от избы к избе, поднимая мужчин и женщин, молодых и старых на последний, решительный бой за "священную русскую землю". Формирование красноармейских частей, в частности кавалерии, и последствия необычайных морозов - таких сильных не было вот уже свыше ста лет, - которые заставили всех носить одежду с ватной подкладкой и войлочные сапоги. Затем первые немецкие пленные, вот их уже толпы без шинелей, без перчаток, без зимней одежды, пританцовывающие от холода, с глубоко засунутыми в карманы руками, которые они время от времени вынимали оттуда, чтобы растереть уши и нос! И все же ни на одном лице нет выражения страха: неизвестные солдаты, неизвестные герои. И наконец, потянулись бесконечной чередой обледенелые немецкие танки, цистерны, грузовики, орудия; все брошено потому, что генеральный штаб сухопутных войск не заготовил в свое время запасы морозостойкого горючего и зимней одежды.
За ужином шеф упомянул, что одной из важнейших задач рейха является превращение Берлина в настоящую репрезентативную столицу. Уже вокзал и подъезды к и мперским автострадам должны быть такими, чтобы даже венец был захвачен этим грандиозным зрелищем и подумал: это наша столица!

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

    Rambler's Top100       Рейтинг@Mail.ru