Главная

Биография

Приказы
директивы

Речи

Переписка

Статьи Воспоминания

Книги

Личная жизнь

Фотографии
плакаты

Рефераты

Смешно о не смешном





Раздел про
Сталина

раздел про Сталина

скачать Дети Гитлера

- 18 -

Во время войны у всех появилась нужда в "прекрасной" молодежи, которую воспитал Гитлерюгенд. На четвертом году войны главный печатный орган руководства Гитлерюгенда "Молодая Германия" резюмировал: "Перед лицом врага, который грозит нам уничтожением, юноши и девушки Гитлерюгенда благодарны фюреру. В тяжелейших условиях войны им не пришлось сидеть без дела и слабеть духом, наоборот, с юных лет они смогли закалиться, окрепнуть морально и физически." Вскоре этой "закалившейся" молодежи предстояло показать своё самообладание и выучку на поле брани.
После катастрофы под Сталинградом в феврале 1943 года началось всеобщее вовлечение немецкой молодежи в войну. Гитлер потребовал мобилизации всех людских ресурсов - от детей из Юнгфолька до стариков. Выступая с фанатичной речью в берлинском "Спортпаласте", Геббельс призвал слушателей держаться до конца и мобилизовать все силы для победы в войне: "Вы верите вместе с фюрером и нами в конечную полную победу немецкого народа? - спрашивал захлёбывающимся голосом подстрекатель. - Вы решились следовать за фюрером, чтобы победить? Вы лично готовы на жертвы ради этого? Вы готовы к тотальной войне? Вы хотите такую войну, масштабы и формы которой вы сегодня пока не можете представить себе? Ваша вера в фюрера сегодня больше, непоколебимее и тверже, чем когда?либо?" Волна восторга прокатилась по огромному спортивному дворцу. Толпа неистовствовала. В состоянии экстаза люди вскакивали с мест и на каждый вопрос отвечали рычащим "да".
Многие годы спустя бывший член Гитлерюгенда, ставший в послевоенное время шеф?редактором крупнейшего канала телевидения ЦДФ, Райнхард Аппель вспоминал: "Восторг был полный. Взрослые люди подпрыгивали и кричали:" Да, мы хотим тотальную войну!" Это просто невероятно, как можно манипулировать людьми, и в особенности, молодыми."
Счастливый Геббельс на следующее утро писал в своем дневнике: "Настроение народа можно назвать диким неистовством. Я привожу публику в состояние полнейшего духовного подъема. Заключительная часть мероприятия тонет в хаосе дикого энтузиазма. Народ готов на всё ради победы и войны. А в конце речи я просто сказал им: О, народ, вставай и иди на бой!"
К началу 1943 года мечты Гитлера о расширении немецкого жизненного пространства были реализованы, хотя бы в отношении военнослужащих. Немецкие солдаты были повсюду: от мыса Нордкап в Норвегии до песков Северной Африки, от берегов Атлантики до заснеженных равнин России. Однако уже давно война охватила и территорию Германии. Целая армия солдат несла службу у зенитных орудий, чтобы защищать от бомб союзников немецкие города, аэродромы, оборонные предприятия и индустриальные районы. Людские резервы были почти исчерпаны, а командующий авиацией Геринг выискивал новые возможности для призыва тех, кто был способен держать оружие. Нельзя ли мобилизовать на службу в войска противовоздушной обороны учащихся школ 1926 и 1927 годов рождения? Ведь 100 подростков вполне смогут заменить 70 взрослых солдат. Военно?морской флот тоже мечтал укомплектовать свою зенитную артиллерию зелеными юнцами. Серый кардинал Гитлера Мартин Борман был настроен против: "Вражеская пропаганда может использовать этот факт: Германия, мол, исчерпала свои людские резервы, и в качестве последней меры, мобилизует детей." Однако Герингу удалось настоять на своем. Распоряжение "О мобилизации немецкой молодежи в военно?воздушные силы на вспомогательные работы" от 22 января 1943 года позволило на законном основании привлечь юношей подросткового возраста к выполнению военных задач. Молодежь призывали прямо со школьной скамьи не только в геринговские люфтваффе, но и в военно?морской флот, войска СС и вермахт. Всего до конца войны было призвано в зенитную артиллерию всех родов войск более 200 000 юношей.
Тем не менее, Геринг утверждал, что "юношей, занятых на вспомогательных работах в военно?воздушных силах, нельзя считать солдатами в истинном понимании этого слова. Они продолжают оставаться школьниками даже во время исполнения ими служебных обязанностей." Руководство Гитлерюгенда придерживалось похожей позиции. "Помощники" зенитчиков продолжали числиться в местных организациях Гитлерюгенда, носили форму летных секций этой организации и соответствующую нарукавную повязку. Во время присяги они были должны обещать "быть верными, храбрыми, дисциплинированными при выполнении своего долга, как и подобает члену Гитлерюгенда."
Согласно этому документу, члены Гитлерюгенда, находясь на батареях, в свободное время были обязаны учиться, а также проходить идеологическую подготовку. В действительности ни Гитлерюгенд, ни школа не могли никоим образом влиять на подростков во время их пребывания на службе. Эти предписания документа остались только на бумаге. Естественно, подручные Гитлера прекрасно понимали, что помощники зенитчиков являются на деле всего лишь самыми молодыми солдатами диктатора. Ширах громогласно заявил, что "они наводят мосты от гражданской обороны к солдатскому ратному труду." Геринг подчеркивал: "Молодые люди гордятся тем, что не достигнув призывного возраста, они могут внести свой вклад в победу Германии в рамках помощи вермахту." Задачей гитлеровского руководства стало поддержание энтузиазма и чувства гордости у подростков относительно их участия в "достижении конечной победы."
Национал?социалистическое воспитание приносило свои плоды. Юноши были счастливы. "Мы радовались, получив назначение. Нашему восторгу не было границ, - вспоминает Лотар Гулих. - С нами был наш учитель немецкого языка. Он как раз проводил урок. Глядя на нас, он постучал пальцем по своему лбу и сказал, что мы - полные идиоты." Пауль Келенбек, служивший помощником на зенитной батарее в Гамбурге, свидетельствует: "Битва под Сталинградом была действительно первым большим поражением, которое заметил немецкий народ. И нам стало понятно, что речь идет об исходе войны и мы должны помочь в достижении победы."
Военная служба начиналась с четырехнедельной подготовки. В роли инструкторов выступали унтер?офицеры тех подразделений, в которые попадали подростки. Их готовили на должности прожектористов и орудийной прислуги. Они обслуживали радиостанции и приборы управления огнем, служили заряжающими и наводчиками. Им приходилось иметь дело даже с боеприпасами весом до 46 килограммов. Они проходили службу как на батареях крупнокалиберных зенитных орудий калибром от 88 мм до 128 мм орудий, так и на батареях скорострельных зенитных установок калибром 20 мм. "Я до конца своей жизни не забуду устройство и правила пользования артиллерийского орудия, - говорит Лотар Гулих. - Мы заучили всё досконально. Иногда ночью унтер?офицер срывал одеяло с меня и кричал "На какое орудие ты обучаешься?" Я орал в ответ "Я буду обслуживать 105 мм орудие СКС32НЛ и 88 мм орудие МПЛС30Д."
После обучения начиналось дежурство на боевых позициях. "Мы жили в бараке и спали на двухэтажных кроватях. Нас было 24 юноши, и нам выдали форму, какую выдают новобранцам в армии. Она была нам велика, особенно мне. Рубашка свисала до колен, а огромные трусы приходилось подтягивать до груди," - вспоминает Йоахим Эллерт, которому исполнилось тогда 16 лет.
У многих юношей сбылась заветная мечта, которую вдолбила в их головы нацистская пропаганда: они наконец?то станут солдатами. Им всё еще приходилось носить нарукавные повязки Гитлерюгенда, и они воспринимали это как оскорбление. Они не хотели быть больше членами Гитлерюгенда, ведь им теперь приходится рисковать жизнью на батарейных позициях под бомбами противника. Их нужно теперь считать полноценными солдатами. При любом удобном случае они расставались с нарукавными повязками без сожаления. Эти юноши больше не нуждались в напоминаниях о том, что государство продолжало считать их детьми.
Под огнем боя они начинали узнавать истинное лицо войны. Это в первую очередь касалось тех, кто служил в Берлине и других крупных городах. Батареи зенитных орудий наряду с промышленными объектами и аэродромами постоянно становились мишенями для вражеских бомбардировщиков. "По ночам я дежурил рядом с 20 мм четырехствольной зенитной установкой на крышах производственных корпусов фирмы "Сименс?Шуккерт". Было очень неуютно. Там я понял, что война не похожа на горнило, в котором должны закаляться немецкие мужчины. Впервые я испытал смертельный страх, будучи ребенком," - рассказывает Клаус Бёллинг о своем фронтовом опыте.
Для Петера Бёниша первое отражение авиационного налета стало шоком: "Я служил в прожекторной батарее. Мы часто прибегали к приёму под названием "Саван мертвеца". Мы разбирали прожектор и вынимали отражательное зеркало. В этом случае свет не фокусировался в пучок, а упирался широким фронтом в облака. При низкой облачности это здорово помогало немецким перехватчикам обнаружить самолеты противника. Однако тем, кто находился внизу, приходилось несладко. Они становились прекрасной мишенью. На них сыпались бомбы как из мешка. Многим из нас было по 15 лет. Во время налетов и бомбежек большинство заработало нервные болезни и контузии. Некоторые погибли."
Гитлеровские солдаты?школьники были детьми, от которых изо дня в день требовали стать мужчинами. Во время перерывов между налетами они всё ещё играли, получали в качестве спецпайка сладости и сигареты, плакали во сне и звали своих матерей. Они хотели считать себя полноценными бойцами, и поэтому им приходилось умирать солдатской смертью. Аксман, сам не желая того, показал своё лицемерие и пренебрежение к человеческим жизням, выступив со следующими словами:"Некоторые батареи зенитных орудий, укомплектованные помощниками зенитчиков, были полностью уничтожены прямыми попаданиями авиабомб. Мы смогли лишь посмертно наградить героев. В столице рейха мы пережили трогательную сцену, когда железные кресты, заслуженные этими парнями, пришлось возлагать на их гробы." Именно, благодаря Аксману эти погибшие дети, награжденные крестами, так и не узнали мирную жизнь.
Остров, окруженный бушующими морскими волнами Северного моря, стал братской могилой 150 школьников из Шлезвиг?Гольштейна, Восточной Пруссии, Силезии, Померании. Этот остров называется Гельголанд. Здесь находилась сильно укрепленная база военно?морских сил с укрытием для подводных лодок и мощной радиолокационной станцией, имевшей дальность обнаружения до 600 километров. Остров располагался как раз на пути следования союзных бомбардировщиков, направлявшихся на бомбардировку Германии. Каждую ночь звучала тревожная сирена. За три недели до конца войны союзники решили покончить с немецким гарнизоном на острове. Английская авиация 18 апреля 1945 года нанесла бомбово?штурмовой удар страшной силы по всем военным объектам острова. В налете, продолжавшемся два часа, приняли участие 1000 бомбардировщиков.
Лотар Гулих, служивший тогда в прислуге зенитной батареи "Вестклиппе", вспоминает: "С помощью бинокля я мог видеть, как раскрываются бомболюки в днищах самолетов и множество бомб вываливается прямо на нас. Буквально через пару минут все орудия были уничтожены. Некоторые были взрывами сброшены со скал. Орудийные расчеты, конечно, все погибли. Мой командир крикнул:"Спасайся, кто может!" Я бросился подальше от наших позиций в сторону поля. Вокруг падали бомбы. Наконец я забился на дно большой воронки. Там уже лежал один фельдфебель в луже крови. Он был намного старше, чем я. У него была разворочена грудь. Я хотел бежать, но бомбы падали то тут, то там. Фельдфебель был ещё жив. Он сказал мне:"Парень, останься со мной!" Потом он скончался. Все два часа налета я просидел в этой воронке. Едва самолеты улетели, я вылез. Повсюду лежали убитые. На моей батарее все были мертвы. Большинство моих школьных товарищей погибло в этот день."
Несмотря на потери, многие юноши сражались в полном убеждении, что они должны защитить свою родину и свои семьи от врага. При этом они забывали об очевидной истине: их враги стали врагами лишь после захватнических нападений Гитлера. Чувство долга, дисциплина, исполнительность и гордость за свои меткие выстрелы по самолетам противника заставляли их сражаться, рискуя собственными жизнями. Они наносили весьма серьезный ущерб противнику. Потери среди бомбардировщиков союзных сил, сбитых огнем зенитной артиллерии, были равны количеству бомбардировщиков, уничтоженных немецкими самолетами?истребителями. Во время ночного налета на Эссен в марте 1943 года из 422 участвовавших самолета лишь 153 бомбардировщика смогли прорваться к городу. Во время "битвы за Рур", продолжавшейся с марта по июнь 1943 года из 18506 бомбардировщиков американо?английской авиации было сбито 872 самолета, 2126 самолет повреждено. В ходе больших налетов на Берлин в августе 1943 года было сбито 176 самолетов, а 114 получили повреждения. Итого, потери вражеской авиации составили 14 процентов. Юноши, которые смогли подтвердить сбитые самолеты, были награждены.
Гитлер хотел сделать свою молодежь "жесткой как кожа и твердой как крупповская сталь." Жестокие будни войны сделали её такой. Сегодня те, кто дожили до наших дней, не могут поверить, что это они сами были когда?то настолько огрубевшими и ожесточившимися перед лицом смертельной опасности. Один из бывших малолетних зенитчиков с содроганием вспоминает о тех днях: "Как?то раз наша батарея сбила английский самолет "Москито". Самолет упал неподалеку и не взорвался. Мы побежали сразу туда и увидели двух мертвых летчиков. Они задохнулись в кабине, прямо в своих креслах. Мы к тому времени уже насмотрелись на всякие жуткие ситуации и мертвых людей. Нами двигало чистое любопытство, когда мы побежали смотреть на самолет. Нас интересовало не только вооружение и боеприпасы на английской машине, но и одежда пилотов. Мы стянули с мертвецов всю их одежду: сапоги, комбинезоны. Все их вещи мы забрали себе. Угрызения совести или чувство неловкости никого из нас не мучили. Я ложился спать в тот вечер и подумал: "Фолькер, Ужасно то, что вы сделали." Конечно, наше поведение можно было объяснить лишь тем, что нас так воспитали."
В государстве, в котором понятие личности было сведено на нет, а маршировка строевым шагом в общей колонне стало повседневной нормой, лозунг "Главное - это участие!" значил для молодых людей гораздо больше, чем в любом другом государстве. Ещё хуже, чем участие во всех военных мероприятиях, было неучастие в них. Клаус Бёллинг знает об этом из собственного опыта. Вначале он, как и остальные его товарищи вступил в Гитлерюгенд. Одно время он даже возглавлял небольшое подразделение этой организации. Немецкие офицеры были для него образцом будущей карьеры. Клаус даже ездил на празднование дня рождения Гитлера и записался добровольцем в зенитную артиллерию Берлина.
И вдруг мир для него обрушился. "Мой отец сказал мне, что нашу мать арестовали и отправили в фильтрационный лагерь, а я должен снять форму: "Через пару дней тебя и так выгонят. Твоя мать - еврейка, поэтому ты не подлежишь призыву в армию". Юноша впервые узнал о еврейском происхождении матери. Теперь ему предстояло узнать, что он не достоин сражаться за фюрера и немецкий народ. Лишь сегодня он разглядел истинное лицо подлой системы. "Через 14 дней я получил документ о моём увольнении. Перед этим я сумел посетить в лагере мать перед её отправкой в Аушвиц. К тому времени я уже расстался с формой солдата противовоздушной обороны. Она взяла меня крепко за руку и заплакала. У неё был жалкий вид, она была вся бледная и прозрачная. Она хотела прекратить свои рыдания, но не смогла остановиться. От сознания того, что происходит что?то ужасное со мной и моей матерью, начал плакать и я. Я плакал не от чувства жалости к себе и не потому, что с меня сорвали повязку со свастикой. Я плакал потому, что мне было жаль мою мать. Это был момент, когда я впервые инстинктивно понял сущность режима: Ты исключен из списков. Ты теперь никто." Клаус Бёллинг не попал на службу в зенитную артиллерию. Вместо армейской карьеры он был мобилизован в качестве "полукровки первой категории" в строительную организацию Тодта и направлен на строительство укреплений на Западный фронт.
Мобилизация молодых людей подросткового возраста в войска противовоздушной обороны была лишь началом участия молодежи в войне. К концу 1943 года потери вермахта составили 4,2 миллиона человек. Примерно 1,8 миллиона было убито, ещё больше ранено, сотни тысяч пропали без вести или оказались в плену. Молодые люди могли принять участие в войне, добровольно записавшись в армию. Официально поступить на воинскую службу можно было лишь при достижении 19 лет. При этом добровольцев принимали и в семнадцатилетнем возрасте. Однако война внесла свои коррективы в установленный порядок. В 1941/1942 годах призывали восемнадцатилетних. В 1943/1944 годах в армию мобилизовали семнадцатилетних, а в 1945 году начали забирать шестнадцатилетних. В 1944 году в армию на добровольной основе могли вступать уже шестнадцатилетние подростки 1928 года рождения.
Аксман назвал 1943 год годом привлечения молодежи к участию в военных действиях. Однако уже в 1944 году Гитлерюгенд превратился в движение добровольцев по вступлению в вермахт. Почти 120 военно?воспитательных лагерей готовили непрерывно пополнение для вермахта. Руководство войск СС также было заинтересовано в таких лагерях. Вскоре после договоренности между Аксманом и Гиммлером войска СС организовали для своих нужд 40 подобных лагерей, в которые набирали свои кадры из Гитлерюгенда. Тем не менее шеф кадрового управления СС Готтлоб Бергер сетовал на то, что "руководство Гитлерюгенда не может обеспечить нас юношами, которые безупречны в расовом отношении."
Командование СС проводило регулярные рекламные компании, приглашая юношей вступать в войска СС. Однако не всегда так называемые "добровольцы" войск СС оказывались в войске Гиммлера по собственному желанию. СС прибегала к различным уловкам, чтобы рекрутировать в свои ряды тех юношей, которые по её критериям годились для службы в этих элитных войсках. Ульрих Крюгер, прошедший санитарную подготовку в Гитлерюгенде, вспоминает о том, как во время работы медицинской комиссии проходила проверка юношей на наличие туберкулеза: "После рентгена они подходили к столу и получали формуляр. На нем было написано, что такой?то прошел такие?то обследования. Далее стояли место, дата, подпись, а ниже маленькими буквами шла надпись:"Данным удостоверяю, что вступаю добровольно в войска СС". Тогда я подумал: Картина получается некрасивая. Людям дают подписывать бумагу, даже не объясняя её сути." Лотар Шмитц рассказывает о рекламной акции войск СС, проводившейся в бюро имперской службы занятости. И здесь не обошлось без уловок. "Здесь можно было получить всё, что мы хотели. Нам налили пива и угостили сосисками. И здесь же нам предложили заполнить бумаги для вступления в войска СС. Это было вполне нормально. Каждому, кто не хотел вступать в СС, клятвенно обещали службу в кавалерии или на флоте, или ещё где?нибудь. Они сразу же простым карандашом вычеркивали слово "войска СС" и вписывали другое. Я уверен, что не проходило и десяти минут, новая надпись стиралась и оставались только СС."
Войска СС считались элитным родом войск. Однако по мере резкого увеличения их численности к концу войны элитарный характер был сведен на нет. У подразделений СС была сомнительная слава частей, которые не только проявляли фанатизм во время боевых действий, но и сражались с противником, не принимая во внимание свои потери и реальную оценку ситуации. Поэтому находилось немало молодых людей, которые стремились избежать службы в войсках СС, предпочитая вступить в вермахт. Было бы ошибкой считать, что СС заставляла насильно немецких юношей проходить службу в её боевых частях. Имидж принадлежности к элите рейха заставлял сильнее биться многие наивные сердца молодых людей.
Однажды Альберт Бастиан получил приглашение от Гитлерюгенда пройти медицинское обследование на предмет его годности к ответственному поручению. Обследование проводили врачи СС. "Когда я пришел, то увидел трех людей за столом. Они сказали мне:"Ну, парень, такие здоровые, крепкие ребята как ты нам нужны? Или ты трусишь?" Тут во мне сыграло самолюбие, и я согласился.
Однако, когда Бастиан пришел домой и поделился "радостным" известием с матерью, то получил резкую отповедь. "Моя мать пристально посмотрела на меня , затем заплакала и сказала обреченно:"Да они же все преступники, бандиты. Они совсем совесть потеряли. Ты же ещё ребенок!" И она вышла из комнаты,захлопнув за собой дверь. Я услышал, как она ругалась на дворе." Мать Альберта Бастиана позаботилась о том, чтобы её сын не служил в войсках СС. Другим повезло меньше.
Артур Аксман уважал только желания своего "фюрера". Молодежь была тем самым "чудо?оружием", с помощью которого он хотел влиять на Гитлера. После поражения под Сталинградом он считал, что его шансы значительно возросли. "Впервые после нескольких лет войны мы спрашивали себя, можем ли мы ещё выиграть войну. Мы не хотели её проиграть. Нужно было действовать. Бездействие было равнозначно смерти. Именно, молодое поколение, будущее которого находилось под угрозой, должно было помочь в этом." Аксман предложил создать добровольческую отборную дивизию, укомплектованную молодежью из Гитлерюгенда. По его замыслу, это был бы отличный подарок ко дню рождению Гитлера. "Эта дивизия должна была стать отражением жертвенности немецкой молодежи и символом её решимости выстоять в трудный час," - заявил Курт Майер по кличке "Майер?танк". После смерти своего предщественника Фрица Витта, командовавшего дивизией добровольцев из Гитлерюгенда, этот тридцатитрёхлетний бригадефюрер СС стал самым молодым командиром дивизии в нацистской армии. После войны Майер предстал перед военным судом за хладнокровное убийство группы канадских пленных военнослужащих, совершенное в зоне действия его дивизии.
Гитлер с радостью приветствовал создание новой дивизии. Геббельс был настроен более скептично:"О нас наверняка скажут, что мы хотим за счет молодежи заткнуть наши прорехи в людских резервах." В 1943 году из шестнадцати?восемнадцатилетних юношей была создана 12?я танковая дивизия СС "Гитлерюгенд". Основу дивизии составили офицеры и унтер?офицеры полка СС "Лейбштандарт Адольф Гитлер". Это был один из самых отборных и подготовленных подразделений войск СС. В дивизии ощущалась острая нехватка младших командиров на уровне командиров взводов. Вчерашние гитлерюгендовцы, прошедшие подготовку в военных учебных лагерях и показавшие при этом хорошие результаты, были отправлены на трёхмесячные курсы в училище войск СС Лауенбург. После его окончания они получили звания унтер?офицеров и вернулись в свою дивизию. Кроме того, в дивизию на командные должности прибыла большая группа офицеров вермахта, которые когда?то занимали руководящие должности в организациях Гитлерюгенда.
Примерно 20 000 "добровольцев" было рекрутировано в качестве солдат непосредственно в военных учебных лагерях. Среди "добровольцев" были не только юноши, согласившиеся по собственному желанию служить в частях СС, но и те, которые попали в СС под давлением. Бернхард Хайзиг хотел служить в танковых войсках. О службе в войсках СС он и не думал. Во время работы медицинской комиссии к нему подошел офицер СС. "У него была только одна рука. Меня это здорово смутило. Он сразу спросил меня, не хочу ли я записаться к ним. Я ответил, что уже подал заявление. Тогда он сказал: "Мы прекрасно вооружены. У нас много танков. Или вы имеете что?то против нас?" В его голосе послышалась угроза. Конечно, я ничего не имел против и ответил:"Почему нет?" Мы знали, что эти дивизии действительно лучше вооружены и лучше снабжаются."
Вначале новобранцы попали в бельгийское местечко Беверлоо, где происходила комплектация дивизии. С вооружением дела обстояли невавжно. В октябре 1943 года 12?я танковая дивизия СС "Гитлерюгенд" имела в распоряжении всего лишь четыре танка Т?4 и четыре "Пантеры". Артиллерия была представлена легкими полевыми гаубицами. Грузовые автомобили были столь изношены, что едва могли ездить. Лишь к концу года ситуация изменилась, и личный состав дивизии приступил к полевой подготовке.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

    Rambler's Top100       Рейтинг@Mail.ru