Главная

Биография

Приказы
директивы

Речи

Переписка

Статьи Воспоминания

Книги

Личная жизнь

Фотографии
плакаты

Рефераты

Смешно о не смешном





Раздел про
Сталина

раздел про Сталина

Танковые сражения 1939 – 1945 гг.

- 8 -

   Роммель не принимал участия в этом бою. На рассвете 21 ноября гарнизон Тобрука – 70-я английская пехотная дивизия и 32-я армейская танковая бригада – перешел в наступление на юго-восточном участке обороны и после ожесточенного боя прорвал фронт расположенных здесь дивизий «Африка» и «Болонья». Наше положение стало крайне серьезным, и Роммель сам поспешил на опасный участок. Приняв командование над 3-м разведотрядом, усиленным 88-мм пушками, он лично повел его в атаку. Несколько английских танков было подбито, и противник был отброшен на исходные позиции.
   Тем временем из района границы поступили угрожающие донесения. Подошедшая 2-я новозеландская дивизия во второй половине дня 21 ноября прошла позади наших приграничных укреплений и пересекла дорогу Тарик-Капуццо по обе стороны Сиди-Азейз. Тем самым создалась угроза штабу танковой группы в Гамбуте, и Роммель приказал нам в течение ночи переместиться в Эль-Адем.
   Вечером 21 ноября Роммель приказал Крювелю не допусиать соединения гарнизона Тобрука с 30-м английским корпусом (7-я английская бронетанковая дивизия, 1-я южноафриканская дивизия и 22-я гвардейская бригада). Для этой цели Крювель получил в свое распоряжение большую часть дивизии «Африка».
   Несмотря на то, что ему не удалось оттеснить группу поддержки с аэродрома Сиди-Резег, Африканский корпус вечером 21 ноября занимал выгодные позиции между группой поддержки и английскими 4-й и 22-й бронетанковыми бригадами и мог атаковать каждую из этих группировок по очереди. Но днем 21 ноября в разговоре с генералом Нейман-Зилковом, командиром 15-й танковой дивизии, Крювель заявил, что он намерен добиться «полной свободы маневра» и этой ночью двинет корпус на восток с целью произвести перегруппировку в районе Гамбута{82}.
   Крювель получил приказание Роммеля в 22 часа 40 мин. и соответственно изменил свой план. 15-я танковая дивизия должна была теперь отойти и произвести перегруппировку южнее Гамбута, а 21-я танковая дивизия направлялась на север с задачей сосредоточиться в районе Бельхамеда. Результат этих распоряжений был таков, что англичане впервые с 19 ноября получили возможность сосредоточить всю 7-ю бронетанковую дивизию в одном месте. Более того, между двумя дивизиями Африканского корпуса теперь образовался разрыв почти в 30 км.
   Главные силы танковых дивизий в течение ночи отошли из района южнее аэродрома Сиди-Резег, но арьергардам утром 22 ноября пришлось вступить в бой с англичанами. Наши противотанковые орудия и 88-мм пушки еще раз доказали свои высокие качества и не подпустили близко английские танки. В первой половине дня арьергарды присоединились к своим дивизиям – 15-я танковая дивизия находилась южнее Гамбута, а 21-я танковая дивизия – между Бельхамедом и Заафраном. К середине дня 4-я и 22-я бронетанковые бригады соединились с группой поддержки 7-й бронетанковой дивизии и остатками 7-й бронетанковой бригады на аэродроме Сиди-Резег. Положение англичан было теперь очень благоприятным: 7-я бронетанковая дивизия сосредоточила свои бригады, в которых все еще имелось около 180 танков. 1-й южноафриканской дивизии было приказано сосредоточиться в Сиди-Резег, а 5-я юнжноафриканская бригада уже была в этом районе, имея задачу захватить южную цепь холмов (удерживаемую подразделениями 155-го пехотного полка) к западу от отметки 178,0. Днем 22 ноября 6-я новозеландская бригада начала движение к Сиди-Резегу по дороге Тарик-Капуццо. Войска тобрукского гарнизона, совершившие вылазку 21 ноября, были остановлены, но далеко не разбиты. Если бы 7-й бронетанковой дивизии удалось отразить наши атаки во второй половине дня 22 ноября, соотношение сил у Сиди-Резег резко изменилось бы не в нашу пользу (см. схему 10).
   Около полудня Роммель приехал к фон Равенштейну и после разговора с ним решил провести смелый наступательный план, благодаря которому чаша весов склонилась в нашу сторону. Мотопехота 21-й танковой дивизии, поддерживаемая большей частью дивизионной артиллерии, получила приказ атаковать высоты у Сиди-Резег с севера, в то время как 5-й танковый полк с 88-мм пушками должен был сделать большой крюк севернее Бельхамеда, подняться по обходной дороге стран оси в направлении Эд-Дуда и, обойдя высоты у Сиди-Резег, атаковать аэродром с запада.
   Тяжелая артиллерия танковой группы была сосредоточена у Бельхамеда и поддерживала 21-ю танковую дивизию ураганным огнем.
   Англичане, по-видимому, совершенно не ожидали этой атаки; у них было большое количество бронеавтомобилей{83}, но похоже на то, что они не сумели своевременно обнаружить наш маневр и предупредить об опасности. 5-й танковый полк ворвался на аэродром, несмотря на бешеный огонь орудий группы поддержки. 22-я английская бронетанковая бригада, пройдя через огневые позиции английской артиллерии, контратаковала немецкие танки, но 4-я бронетанковая бригада англичан почему-то колебалась. 88-мм и противотанковые пушки, ведя огонь с северных и южных высот, нанесли тяжелые потери 22-й бронетанковой бригаде, которая в конце концов отошла, потеряв половину [74 – схема 10; 75] своих машин. 1-й батальон королевских стрелков оборонял северные высоты у кладбища Сиди-Резег; немецкие танки атаковали этот батальон стыла, а пехота 21-й танковой дивизии – с фронта. В результате большая часть батальона была взята в плен. К вечеру вступила в бой 4-я бронетанковая бригада, но она не смогла выправить положение, и 21-я танковая дивизия продолжала удерживать свои позиции на северных высотах и западнее аэродрома.
   Командир 7-й бронетанковой дивизии генерал Готт решил, что дальнейшая оборона аэродрома невозможна; с наступлением темноты он отвел свои разбитые части на новые позиции за южными высотами. Во второй половине дня 3-й трансваальский шотландский полк 5-й южноафриканской бригады атаковал наши позиции у отметки 178,0 и понес значительные потери.
   Тем временем на противоположном фланге вступила в бой 15-я дивизия. Ее действия не были согласованы с действиями 21-й дивизии: Крювель решил наступать по своей инициативе и атаковал 7-ю бронетанковую дивизию во фланг. Английская разведка на бронеавтомобилях и тут не сумела предупредить об опасности. 15-я дивизия быстро продвигалась вперед по ровной мест ности с твердым грунтом, и даже темнота не помешала ее продвижению. 8-й танковый полк, находившийся в авангарде, около 19.00 натолкнулся на крупное скопление машин примерно в 6,5 км юго-восточнее аэродрома Сиди-Резег. Он немедленно развернулся и окружил английский бивак; танки включили фары, командиры выскочили из машин с пистолетами в руках. Англичане были застигнуты врасплох и не смогли оказать сопротивление. Некоторые танки пытались ускользнуть, но были тут же подожжены – от яркого пламени на поле боя стало светло как днем.
   Оказалось, что 8-й танковый полк захватил в плен штаб 4-й бронетанковой бригады вместе с большей частью 8-го гусарского полка. Это был сокрушительный удар по лучшему соединению 7-й бронетанковой дивизии{84}. Африканский корпус одержал блестящую победу и снова стал хозяином на поле боя.

ДЕНЬ ПОМИНОВЕНИЯ

   На 23 ноября{85} Роммель наметил наступление с задачей уничтожить остатки 7-й бронетанковой дивизии и разгромить 1-ю и 5-ю южноафриканские пехотные бригады. Для этой цели он воспользовался поддержкой Гамбары, который договорился наступать силами дивизии «Ариете» к северо-востоку от Бир-эль-Гоби, в то время как 15-я и 21-я танковые дивизии должны были теснить англичан в сторону итальянцев. Роммель приказал Африканскому корпусу «окружить и уничтожить противника».
   Крювелю не пришлось действовать в соответствии с приказом танковой группы, потому что приказ поступил слишком поздно. Поэтому он оставил пехоту и артиллерию 21-й танковой дивизии оборонять высоты южнее аэродрома Сиди-Резег и приказал 15-й танковой дивизии, усиленной 5-м танковым полком, начать глубокий обход в юго-западном направлении и выйти в тыл британским войскам 7-й бронетанковой дивизии и 5-й южноафриканской бригады. Встретившись с дивизией «Ариете», 15-я танковая дивизия должна была совместно с итальянцами атаковать англичан и оттеснить их на нашу пехоту и артиллерию, расположенные на высотах.
   Утро 23 ноября выдалось туманное, но, когда плотный туман поднялся, Крювель приказал начать наступление, и длинные колонны танков, грузовиков и орудий с грохотом понеслись к югу. Вскоре они натолкнулись на большую колонну автомашин, орудий и танков. 15-я танковая дивизия повернула на [76 – схема 11; 77] запад, и противник бросился в паническое бегство – автомашины 7-й бронетанковой дивизии и 5-й южноафриканской помчались во все стороны прямо по пустыне. Генерал Нейман-Зилков предложил Крювелю прекратить движение к югу: 15-я дивизия должна воспользоваться замешательством противника и атаковать главные силы 5-й южноафриканской бригады, отбросив их к высотам. Крювель признал этот план «соблазнительным», но он придавал главное значение совместным действиям с итальянцами. Поэтому бой был прекращен, и 15-я танковая дивизия двинулись к юго-западу на соединение с дивизией «Ариете». 5-й танковый полк задержался с выступлением и догнал 15-ю дивизию лишь около полудня.
   Не подлежит сомнению, что мы тогда упустили победу и что было бы лучше продолжать наступление, пока южноафриканцы и англичане не успели организовать совместную оборону. Как и следовало ожидать, южноафриканцы воспользовались передышкой и перебросили большую часть своей артиллерии на южный фланг 5-й бригады; их западный фланг прикрывал сводный полк 22-й бронетанковой бригады, а восточный фланг – остатки группы поддержки{86}. Все же маневр 15-й танковой дивизии не. позволил 1-й южноафриканской бригаде подойти с юга и соединиться со своими соотечественниками.
   Рано утром 23 ноября Роммель выехал из штаба танковой группы в Африканский корпус, но добраться туда ему не удалось – помешало наступление
   6– й новозеландской бригады с востока. Эта бригада скрытно продвигалась в течение ночи с 22 на 23 ноября и на рассвете 23-го внезапной атакой захватила основной командный пункт Африканского корпуса около Бир-эль-Клета. Затем она продвинулась к отметке 175,0 м предприняла исключительно опасную атаку на наш 361-й полк «Африка», который оборонял восточные подступы к аэродрому Сиди-Резег. Роммель сам был втянут в этот бой и не смог присоединиться к Крювелю и главным силам Африканского корпуса.
   В 15.00 Крювель атаковал 5-ю южноафриканскую бригаду. Он растянул свои танки в длинные линии и приказал следовать за ними пехоте на грузовиках. Когда все было готово, был дан сигнал атаки, и танки, грузовики и орудия безудержно ринулись на противника{87}. Атака такого рода была новшеством в немецкой тактике и оказалась, безусловно, стоящим экспериментом. Южноафриканцы были разбиты, несмотря на ожесточенное сопротивление и поддержку смелых танкистов 22-й бронетанковой бригады. Но наша мотопехота понесла тяжелые потери – большинство офицеров и унтер-офицеров было убито и ранено, а танковые полки потеряли 70 танков из 150. Это были самые высокие наши потери за все время сражения, и они серьезно ослабили нашу танковую мощь.
   Несмотря на потери, вечер 23 ноября застал нас в выгодном положении, и мы могли считать, что выиграли сражение при Сиди-Резег. От былой мощи
   7– й бронетанковой дивизии осталась одна тень, 5-я южноафриканская бригада была уничтожена, а гарнизону Тобрука не удалось вырваться из окружения. Вечером 23 ноября Роммель вернулся в штаб танковой группы, чтобы объявить свои планы и отдать распоряжения. Он ликовал -несомненно, это сражение было одним из самых критических моментов войны в пустыне.


ГЛАВА VI
ПОРАЖЕНИЕ И НОВЫЙ УСПЕХ РОММЕЛЯ

БРОСОК К ПРОВОЛОЧНЫМ ЗАГРАЖДЕНИЯМ

   После сражения 23 ноября Африканский корпус оказался в величайшем беспорядке; говоря словами генерала Байерлейна, «большой район к югу от Сиди-Резег превратился в море пыли, огня и дыма»{88}. Он говорит, что, когда стемнело, «сотни горящих машин, танков и орудий, словно факелы, осветили поле битвы», и добавляет, что «до самой полуночи не было возможности определить результаты сражения, привести в порядок соединения, подсчитать потери и трофеи и оценить общую обстановку». И в самом деле, при таких условиях хладнокровная и правильная оценка была невозможна. Африканский корпус понес очень тяжелые потери, масштабы которых еще много дней не были известны в штабе танковой группы. 24 ноября у нас оставалось менее 100 исправных танков, а пехотные полки очень сильно поредели от огня южно-африканцев.
   К несчастью, Роммель переоценил свой успех и считал, что настало время начать преследование противника по всему фронту. Роммель весь день не был в штабе, занятый боем с 6-й новозеландской бригадой у отметки 175,0, и вполне понятно, что он не мог знать всей обстановки в районе южнее Сиди-Резег. Он, однако, видел объятые пламенем автомашины южноафриканцев и получил несколько донесений о «боях на уничтожение», которые якобы вели наши части. Вечером он вернулся в Эль-Адем в возбужденно-ликующем состоянии и тут же стал отдавать распоряжения, изменившие весь ход боевых действий. Около полуночи Роммель послал следующее донесение в Берлин: «Намерения на 24 ноября: а) завершить разгром 7-й бронетанковой дивизии; б) частью сил наступать в направлении Сиди-Омар с задачей атаковать противника на эс-саллумском участке фронта».
   У меня в штабе танковой группы были заслуживающие доверия донесения о наступлении главных сил 2-й новозеландской дивизии вдоль дороги Тарик-Капуццо; к тому же положение на тобрукском участке фронта было очень угрожающим. Вестфаль и я указывали Роммелю, что опасно уводить Африканский корпус далеко от Тобрука, так как тем самым мы упускаем прекрасную возможность уничтожить подходящую по частям новозеландскую дивизию. И в самом деле, я убежден, что, если бы мы оставили Африканский корпус в районе Сиди-Резег, то выиграли бы сражение. В 8-й армии существовала пагубная практика вводить в бой свои части последовательно, и мы могли бы уничтожить их одну за другой. Правда, нужно признать, что наступление Роммеля к границе серьезно встревожило генерала Каннингхэма и едва не обратило 8-ю армию в паническое бегство.
   Я никогда не слышал, чтобы Роммель проявлял какой-либо интерес к складам снабжения 8-й английской армии. Из захваченных документов нам было известно их расположение, но Роммель ставил своей целью не захват английских запасов, а уничтожение английской армии. Для этого он стремился отрезать путь отхода 30-му корпусу и оттеснить 4-ю индийскую дивизию на минные поля в районе Эс-Саллума. Во всяком случае, я очень сомневаюсь в том, чтобы уничтожение нескольких складов снабжения привело к прекращению наступления англичан. Англичане превосходно организовали снабжение и обладали неограниченными ресурсами.
   Рано утром 24 ноября Роммель и Гаузе уехали в войска, и Вестфаль как начальник оперативного отдела остался старшим офицером в штабе. Мы не знали, что отсутствие Роммеля продлится несколько дней и что мы будем иметь лишь туманное представление о том, где он находится и чем занимается. Именно в такое время подтверждается важность основательной штабной подготовки; офицер германского генерального штаба был не просто писарем или рупором в руках своего командира -.он умел самостоятельно принимать серьезные решения и в свою очередь пользовался должным уважением. Английские боевые командиры, напротив, обычно смотрят на штабы свысока, и англичане удивительно неохотно назначают способных штабных офицеров на командные посты в войска.
   Около 10 час. 30 мин. 24 ноября Роммель лично возглавил колонну 21-й танковой дивизии и помчался на бешеной скорости вперед. К концу того же дня он достиг проволочных заграждений; за ним растянулся по пустыне на пятьдесят пять километров весь Африканский корпус, а 7-я бронетанковая и 1-я южноафриканская дивизии англичан в панике бежали. Смелый бросок Роммеля поверг 30-й английский корпус в полное смятение, и, согласно английским источникам, генерал Каннингхэм хотел немедленно отступать прямо в Египет{89}. Однако, к большому счастью для англичан, в штаб 8-й армии прибыл генерал Окинлек; он не согласился с Каннингхэмом и приказал продолжать наступление. Это было, безусловно, одно из важнейших решений в последней войне; боевой дух и богатая стратегическая интуиция Окинлека спасли операцию «Крузейдер», и не только ее одну{90}.
   У Роммеля создалось неправильное впечатление об обстановке на эс-сал-лумском участке фронта. Фактически там была лишь одна 7-я индийская бригада{91}, которая только что захватила Сиди-Омар, где и находилась под защитой наших собственных минных полей. В ночь с 24 на 25 ноября Роммель и Крю-вель с сопровождавшими их офицерами безнадежно заблудились на египетской стороне за проволочными заграждениями и вынуждены были сделать привал в районе, где располагались огневые позиции английской артиллерии и через который шли войска. Только чудом им удалось ускользнуть, а утром 25 ноября Роммель, не имея достаточных сведений о расположении противника, принял слишком поспешное решение. 5-й танковый полк был брошен на Сиди-Омар и потерял половину своего состава в безрезультатных атаках против 7-й индийской бригады, поддерживаемой 1-м и 25-м полками полевой артиллерии. Остальные части 21-й танковой дивизии блуждали южнее прохода Хальфайя, нигде не встречая противника. 15-я танковая дивизия образовала заслон западнее эс-саллумских позиций и во второй половине дня уничтожила мастерские 1-й армейской танковой бригады. Итальянская дивизия «Ариете» была задержана 1-й южноафриканской бригадой и 4-й английской бронетанковой бригадой около Бир-Тайеб-эль-Эсем и не смогла выйти к границе, как ей было приказано{92}. Весь день Африканский корпус подвергался непрерывным воздушным атакам, которые причинили ему серьезные потери, [80 – схема 12; 81 – схема 13; 82] тем более что эс-саллумский участок фронта был вне досягаемости наших истребителей. Короче говоря, 25 ноября было для нас очень неудачным днем: мы понесли тяжелые потери, добившись лишь ничтожных результатов.
   25 ноября в район Сиди-Резег прибыла в полном составе 2-я новозеландская дивизия, и наша дивизия «Африка», оставленная там, вскоре оказалась в очень тяжелом положении. Вестфаль настойчиво просил Роммеля обратить внимание на создавшееся положение и на вероятность массированного прорыва тобрукского гарнизона. Роммель получил его донесения лишь утром 26 ноября{93}, но все равно он мало чем мог бы помочь, поскольку Африканский корпус остался почти без горючего. А в деревянных хижинах, где размещался наш штаб в Эль-Адеме, Вестфаль и я в наспех наброшенных шинелях с нарастающей тревогой следили за обстановкой.

ВТОРОЕ СРАЖЕНИЕ У СИДИ-РЕЗЕГ

   26 ноября гарнизон Тобрука прорвал позиции наших войск, осаждавших крепость, и овладел высотами у Эд-Дуды; предыдущей ночью новозеландцы после жестокого боя захватили Бельхамед. Это давало противнику возможность образовать коридор между новозеландцами и Тобруком, и он подбрасывал к Бельхамеду и Эд-Дуде артиллерию и тяжелые танки.
   В такой критической обстановке Вестфаль, не имея возможности связаться с Роммелем или со штабом Африканского корпуса, взял на себя ответственность и послал приказание непосредственно в 21-ю дивизию: он отменил все распоряжения о преследовании и приказал дивизии выступить к Тобруку с задачей атаковать новозеландцев с тыла. 21-я дивизия прошла севернее эс-саллумских минных полей и вечером 26 ноября атаковала и разгромила позиции 5-й новозеландской бригады около форта Капуццо, где установила связь с 15-й танковой дивизией, которая пыталась пробиться к Бардии с целью пополнить запасы горючего и боеприпасов.
   Несмотря на крайне критическое положение в районе Тобрука, Роммель упорно продолжал действия на эс-саллумском участке фронта. 27 ноября он все же приказал 21-й дивизии направиться к Тобруку, но 15-й дивизии была поставлена задача наступать южнее Бардии и уничтожить части противника на рубеже Сиди-Омар, Капуццо. Рано утром 27 ноября 8-й танковый полк внезапно атаковал штаб 5-й новозеландской бригады в Сиди-Азейз; 15-я дивизия захватила 800 пленных, в том числе командира бригады, шесть орудий и большое количество снаряжения. Удовлетворенный таким выдающимся успехом, Роммель решил оставить эс-саллумский участок фронта и приказал 15-й дивизии двигаться на запад, к Тобруку.
   Таким образом, 27 ноября Роммель снова начал сражение у Сиди-Резег, но при гораздо менее благоприятных условиях, чем три дня тому назад. Новозеландцы прочно соединились с тобрукским гарнизоном, а наши части на этом направлении были серьезно ослаблены. Африканский корпус не добился каких-либо решающих успехов на границе и теперь представлял собой лишь крупицу тех сил, которые вступили в бой 18 ноября. Английские бронетанковые войска получили передышку: многие танки были отремонтированы, из Египта прибыли крупные танковые резервы, и 4-я и 22-я бронетанковые бригады вновь стали мощными соединениями. В воздухе господствовала английская авиация, и наши незащищенные колонны неоднократно подвергались ее ударам.
   Днем 27 ноября 15-я танковая дивизия одержала важную победу над 4-й и 22-й бронетанковыми бригадами в районе Бир-эль-Клета{94}. 21-я дивизия вначале задержалась на шоссе Виа-Бальбиа, но затем повернула к югу, чтобы присоединиться к 15-й дивизии на дороге Тарик-Капуццр. Хотя наши дивизии были сильно ослаблены, но они действовали сосредоточенно, тогда как английские войска были разбросаны на широком фронте и плохо согласовывали свои действия.
   Вечером 27 ноября Роммель прибыл в Гамбут, где ему удалось установить прямую радиосвязь с нашим штабом в Эль-Адеме. Вестфаль доложил, что тобрукский фронт вот-вот рухнет и что ему с большим трудом удалось удержать итальянских командиров от отдачи приказа об общем отступлении{95}. Теперь командующий был полностью информирован о сложившейся опасной обстановке, но со свойственным ему боевым задором он искал путей, чтобы обт ратить поражение в победу, и стал готовиться к наступлению с целью раз^ грома 2-й новозеландской дивизии. Утром 28 ноября он прилетел вЭль-Адем, откуда ему было удобнее управлять сражением в целом. Его прибытие было-для нас огромным облегчением, особенно для Вестфаля, которому, будучи подполковником, приходилось отдавать приказы старшим по званию итальянским командирам корпусов.
   28 ноября серьезных боев не было. 15-я танковая дивизия, наступавшая с востока, пробилась к высотам у Сиди-Резег и отбросила английские танки, продвигавшиеся к Сиди-Резег с юга. Вечером 28 ноября генерал Крювель, приказал Африканскому корпусу на следующий день атаковать новозеландцев и оттеснить их в Тобрук. 21-я дивизия должна была наступать через Заафран на Бельхамед, 15-я дивизия – через Сиди-Резег на Эд-Дуда, а дивизия «Ариете» – прикрывать наступающие части с юга. Этот план был доложен нам по радио. Роммель возражал против плана Крювеля и настаивал, чтобы Африканский корпус отрезал новозеландцев от Тобрука, а не оттеснял их обратно в крепость. В соответствии с этим в полдень 29 ноября Крювель приказал 15-й дивизии обойти Сиди-Резег с юго-запада, а затем наступать на Эд-Дуду. 21-я дивизия и «Ариете» не смогли выполнить своей задачи, потому что были атакованы крупными танковыми силами англичан. Во второй половине дня 29 ноября 15-я дивизия после жестокой схватки захватила Эд-Дуду, но с наступлением темноты противник контратаковал и отбросил мотострелковый полк дивизии с этой господствующей позиции. Днем Роммель лично приехал в штаб Африканского корпуса и настоял на том, чтобы не оттеснять новозеландскую дивизию в Тобрук, а уничтожить ее вне крепости.
   Обстановка в это время была исключительно сложной и неясной, силы обеих сторон иссякали. Войскам приходилось вести боевые действия в жестокую стужу, в безводной местности, где нормальной системы снабжения по существу не было. Наши танки почти полностью окружили 2-ю новозеландскую дивизию – 15-я дивизия с-запада, 21-я дивизия с востока и дивизия «Ариете» с юга, – но сильные английские танковые части угрожали нашим войскам, прикрывающим южный фланг, а к англичанам подходила еще 1-я южноафриканская бригада. Гарнизон Тобрука понес значительные потери, однако по-прежнему представлял собой очень внушительную силу. При таких обстоятельствах решение Роммеля продолжать сражение до разгрома новозеландцев; является изумительным доказательством его силы воли и решительности. Утром 30 ноября 15-я дивизия была отброшена от Эд-Дуда, где противник, очевидно, имел значительные силы, и заняла исходные позиции для наступления на высоты у Сиди-Резег с юга во взаимодействии со смешанными боевыми группами дивизии «Африка». Несмотря на просьбы об отсрочке, Роммель настоял, чтобы 15-я дивизия начала наступление во второй половине того же дня, и он оказался прав. К вечеру мы заняли позиции новозеландцев у Сиди-Резег, захватив шестьсот пленных и двенадцать орудий. 21-я дивизия и дивизия «Ариете» отразили контратаки английских танков с юга и юго-востока, предпринятые для выручки новозеландцев. Без труда была отбита и осторожная попытка 1-й южноафриканской бригады атаковать наши войска у отметки 175,0.; Наш успех 30 ноября поставил новозеландцев в безвыходное положение, и 1 декабря генерал Фрейберг, их бесстрашный командир, отдал приказ прорываться на юго-восток. При поддержке 4-й бронетанковой бригады ему удалось все-таки вывести часть своей дивизии, хотя в течение дня мы захватили еще тысячу пленных и двадцать шесть орудий. 7-я бронетанковая дивизия, 2-я новозеландская дивизия и 1-я южноафриканская бригада вырвались из окружения в районе Сиди-Резег и направились к югу для перегруппировки. Тобрук снова был изолирован, и формально мы как будто одержали победу – англичанам не удалось осуществить операцию «Крузейдер». Но эта победа обошлась слишком дорого: танковая группа была сильно потрепана, и вскоре стало ясно, что нам остается лишь одно – начать общее отступление из Киренаики.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

    Rambler's Top100       Рейтинг@Mail.ru