Главная

Биография Сталина

Статьи
Воспоминания

Статьи о Великой Отечественной войне

Книги о войне, о Сталине

Стихи о Сталине

Личная жизнь Сталина

Рефераты

Фотографии
плакаты

Смешно о не смешном

Полное собрание сочинений:
сочинения. том 1
сочинения. том 2
сочинения. том 3
сочинения. том 4
сочинения. том 5
сочинения. том 6
сочинения. том 7
сочинения. том 8
сочинения. том 9
сочинения. том 10
сочинения. том 11
сочинения. том 12
сочинения. том 13
сочинения. том 14
сочинения. том 15
сочинения. том 16



Мухин Ю.И."Убийство Сталина и Берия"

[253]
Часть II.

"Никита! Не надо больше крови!"

 

 

[254]

 

Глава 6.

 

Соратники

 

 

[255]

Источник информации

     В этом расследовании очень трудно придерживаться хронологии – она мало что дает. Поэтому сейчас будет уместно заняться тем, как описывают жизнь и деятельность Берия историки, журналисты и его современники. Положение тут аховое, если нынешние историки еще кое-что знают о том периоде, то журналистам ничего не стоит написать, к примеру: "После того, как Берию сменил Ежов, Киприянов был помилован"{Л174}, – полный маразм.

     Что касается историков, то у них, за малым исключением, стандартный "творческий подход": они напрягают фантазию, ставят себя на место Берия, берут факты из его жизни, представляют себя мерзавцами (а часто им в этом и напрягаться не надо) и дают этим фактам соответственную мотивировку. Т.е. они считают, что как поступили бы они на месте Берия, то так поступил бы и сам Берия. Описав таким образом Лаврентия Павловича, они читают написанное и ужасаются – какой же он был негодяй! Да, их персонаж действительно негодяй, но при чем тут Берия? (Точно так же, кстати, очень часто описывается и И.В. Сталин).

     Происходит это оттого, что историки и журналисты очень далеки от работы государственных деятелей, смысла их поступков они понять не могут и судят их с позиций своего кухонного восприятия мира. Но! Если они не могут понять поступков, то почему так дружно говорят, что Берия мерзавец? А вот этот вывод им навязали те, кто должен понимать смысл его поступков, т.е. те, кто работал с Берия, кто служил с ним.

     И надо сказать, что соратники Берия в его очернении единодушны все до одного. Это удивляет и заставляет задуматься – в чем дело? Ведь даже тогда, когда требовалось единодушно чернить Сталина, находились люди чести. Ушел со службы, но не стал чернить Сталина Рокоссовский{Л160}, застрелился, но не стал участвовать в антисталинской кампании писатель Фадеев{Л175}. Я уже приводил цитаты из воспоминаний генерала армии Хрулева, в которых он уважительно говорит о Сталине. А ведь Хрулев умер в самый разгар борьбы с "культом личности", в 1962 г.

[256]

     Но Берия чернят все без исключения.

     Что же, – скажете вы, – значит Берия и был таким негодяем, раз так говорят все. Нет, истина – это не большинство голосов даже при тайном голосовании.

     Если люди говорят, что Берия мерзавец, то пусть подтвердят это фактами, пусть расскажут о поступке Берия, из которого и без их слов станет ясно, что он мерзавец. А с Берия происходит изумительная вещь – все не жалеют гнусных слов для его характеристики, но либо не приводят вовсе фактов, либо нагло лгут, либо несут такую ахинею, что для них самих было бы лучше, если бы они промолчали. Давайте рассмотрим подробнее, что говорят о Берия его соратники.

Мемуары

     О Хрущеве говорить нет смысла – это убийца Берия, он и захотел бы, да правды сказать о нем не смог бы.

     Наиболее честными из всех соратников Берия были Молотов и Каганович (не честными, а "наиболее" честными).

     Молотов не написал воспоминаний, а, отвечая на вопросы Феликса Чуева, сделал все, чтобы от ответов уклониться, его практически единственная негативная характеристика Берия – беспринципный, не коммунист. Ни одного конкретного примера беспринципности не привел, но видно по ответам, что ненавидел он Берия искренне{Л176}.

     Л.М. Каганович в своей объемной книге (36 п.л.) мемуаров "Памятные записки" о Берия написал столько, что весь этот текст можно процитировать полностью: "В начале июля 1953 г. состоялся Пленум ЦК, который, заслушав и обсудив доклад т. Маленкова "О преступных антипартийных и антигосударственных действиях Л.П. Берия", направленных на подрыв советского государства в интересах иностранного капитала и выразившихся в вероломных попытках поставить Министерство Внутренних дел СССР над Правительством и Коммунистической партией Советского Союза, принял решение вывести Л.П. Берия из состава ЦК КПСС и исключить его из рядов Коммунистической партии Советского Союза"{Л177}.

     Эта краткость обычно говорливого Лазаря Моисеевича, безусловно, свидетельствует о его относительной честности, но она также говорит и о том, что есть вещи, в которых даже на смертном одре Каганович признаться не мог, не хотел. Поскольку это был истый коммунист, то вывод один –

[257]
по его мнению, правда в деле Берия и сегодня может нанести непоправимый вред делу коммунизма. А врать старик уже не хотел.

     Андрей Андреевич Громыко в своих воспоминаниях привел дешевую байку о том, как Сталин при встрече с Черчиллем и Рузвельтом назвал Берия "наш Гиммлер", и длинно ее рассказывал. Затем злобно заявил о Берия: "Интриги, наветы на честных людей, фальшивки, кровавые расправы – вот та стихия, в которой он чувствовал себя, как в своей тарелке.

     Ветераны партии считали его выскочкой"{Л72}.

     Что же – мнение есть мнение, но ведь не лишним был бы хоть один пример "фальшивок, клеветы, кровавых расправ". Однако о примерах Громыко молчит, зато спохватывается, что надо как-то объяснить людям, отчего Сталин терпел такого монстра рядом с прекраснейшим Андреем Андреевичем. И Громыко "объясняет": "Достиг он высокого положения в стране из-за того, что уже в период работы в Грузии на него падал отраженный от Сталина свет". Но спросить бы покойного министра иностранных дел СССР – а почему на остальных 2 млн. грузин не "падал отраженный от Сталина свет"? Умнейший Громыко приводит в доказательство своего вывода этот глупейший довод только по одной причине – ему больше нечем свой вывод подтвердить. Но, как видим, чернить Берия он считает своей обязанностью. Почему?

     Другие соратники Берия в таком затруднительном, как у Громыко, случае не стесняются подло клеветать. Пара примеров.

     Д.Т. Шепилов, соратник Берия по ЦК КПСС, штатный работник Агитпропа ЦК, отлично знавший все, что происходило в ЦК. "Пострадал" от Хрущева и в своих "воспоминаниях" нещадно его шельмует. Но вот в своем повествовании доходит до ареста и расстрела Вознесенского, Кузнецова и др., – до "ленинградского дела". И не моргнув глазом пишет: "А в это время у Берия и Абакумова лихорадочно изобретались материалы, которые составили потом так называемое "ленинградское дело"{Л178}.

     Ну, положим, он мог не знать, что когда через пару лет после "ленинградского дела" арестовали министра госбезопасности Абакумова, то его обвиняли и в том, что не его ведомство, а партийные органы раскрыли и начали расследование "ленинградского дела". Т.е. Абакумов к инициации этого дела никак не причастен.

     Но Шепилов не мог не знать, что совершенно не мог быть причастен к "ленинградскому делу" Л.П. Берия,

[258]
который с 1946 г. не имел отношения ни к МГБ, ни к МВД, ни к прокуратуре, не курировал их и никак не мог на это дело влиять. Курировали эти ведомства Маленков (по линии Совмина) и Хрущев (по линии ЦК).

     Смотрите. Берия Шепилову никогда ничего плохого не делал, а Хрущев Шепилова обидел. Тем не менее, Шепилов предпочитает в данном случае сказать не правду о Хрущеве, а очернить Берия, не стесняясь при этом подлой клеветы. Почему?

     А вот другой соратник Л.П. Берия по ЦК – маршал А.М. Василевский. Уже упомянутый мною историк Куманев задает ему вопрос:

     Г.А. Куманев: После войны началась волна беззаконий и репрессий: "Ленинградское дело", "дело Вознесенского, Родионова, Кузнецова и Попкова", дело группы Лозовского, среди крупных военачальников и руководителей – аресты Главного маршала авиации Александра Александровича Новикова, маршала артиллерии Николая Дмитриевича Яковлева, наркома авиапромышленности Алексея Ивановича Шахурина.

     А.М. Василевский: Это все проделки Берия и Маленкова{Л94}.

     Но ведь это же подло! И Василевский не мог не знать, что на момент всех этих "дел" Л.П. Берия был чисто промышленным зампредсовмина, не мог эти "дела" инициировать ни сам, ни с Маленковым, и, что особенно подло, именно Берия, снова возглавив органы госбезопасности в марте 1953 г., "инициировал" пересмотр дел и освобождение Шахурина, маршалов Новикова и Яковлева. Почему Василевский клевещет на Берия?

     Но даже когда соратники Берия стесняются клеветать, то они приводят такие факты, что становится еще неудобнее – либо они сами идиоты, либо таковыми считают всех остальных.

     Такой вот случай чуть ли не с полной потерей логики. Наши уники-генералы догадались перед войной строить Красную Армию без единых органов тыла. Кинулись создавать тыл после бардака, выявившегося в походе на Польшу и финской войны. Сталин назначил на должность начальника Тыла РККА генерала А.В. Хрулева. Началась война, у Хрулева хлопот было выше головы. Но Каганович завалил НКПС (за который в ГКО отвечал Берия), и Сталину пришла в голову ошибочная идея поручить НКПС Хрулеву в нагрузку к его работе командующего Тылом РККА. Хрулев честно и настойчиво отказывался от должности наркома путей сообщения,

[259]
но Сталин настоял. Через год Хрулева все же пришлось снять с железных дорог, снова назначили Кагановича и снова Кагановича сняли в 1944 г. После чего наркомом НКПС назначили И.С. Ковалева. А при чем здесь Берия? – спросите вы.

     Когда Хрулев отказывался от должности наркома, то Берия его поддержал – он предложил Сталину назначить на эту должность зама Кагановича – Арутюнова, который всю войну прослужил на должности первого заместителя наркома НКПС и отмечен в энциклопедии "Великая Отечественная война". Но Сталину шлея под хвост попала – он хотел обязательно Хрулева! Хорошо, разошлись во мнениях начальники Хрулева – Сталин и Берия. А сам Хрулев-то чем недоволен? А Хрулев считает, что Берия интриган и хотел "своего человека" на пост наркома НКПС посадить. Ой, какой негодяй! Давайте разберем логику Хрулева.

     Если бы Сталин назначил Арутюнова, то Берия за работу НКПС отвечал бы вдвойне, поскольку Арутюнов – его выдвиженец. А так большая доля вины за срывы работы НКПС при Хрулеве и Кагановиче лежала все же на самом Сталине. Берия своим предложением кандидатуры наркома НКПС увеличивал собственную ответственность за порученное ему дело. Хрулев не мог этого не понимать.

     Во-вторых. Хрулев и сам не хотел становиться наркомом НКПС, и против Арутюнова выступал. Как это назвать, если не интриганством, в котором он обвиняет Берия? Т.е. и у Хрулева просматривается какая-то очевидная потребность очернить Берия любым путем. Почему?

     А вот несколько сложный для понимания случай. Вернемся к уже упомянутым мною воспоминаниям управделами Совмина Я.Е. Чадаева. Он упорно пытается возвеличить Вознесенского и унизить Берия, причем делает это чуть ли не в бессознательном состоянии.

     Во время войны Вознесенский первое время не входил в ГКО, а уехал в Куйбышев, где представлял Правительство СССР и отвечал за те же вопросы, что и член ГКО Маленков. Чадаев пишет: "В качестве члена ГКО Маленков руководил работой по оснащению Красной Армии самолетами и моторами. Он непосредственно связывался с авиационными, моторными и другими заводами. На них распространялись и указания Николая Алексеевича, которые иногда расходились с распоряжениями Маленкова. Обычно из нежелания вступать в спор Вознесенский вносил коррективы в свои указания в унисон с заданиями Маленкова".

[260]

     Чадаев тут хочет представить дело так, как будто интеллигент Вознесенский по доброте душевной уступал Маленкову. Это сказочка для дураков. Вознесенский боялся глупости своих указаний и прятался за спину Маленкова – ведь чье решение исполняется, тот за дело и отвечает. Трусость и лень Вознесенского заставляли его действовать "в унисон".

     (Когда после войны вскрылось, что нарком авиапромышленности А.И. Шахурин в сговоре с командующим ВВС А.А. Новиковым поставляли на фронт бракованные самолеты, а погибших в авариях летчиков "списывали" на потери в боях, то их судили и посадили. И Маленкова наказали – сняли с секретарей ЦК. А Вознесенский, надо думать, выкрутился именно потому, что работал таким образом).

 

Н.Вознесенский


     Эта же трусость и в примере, которым Чадаев "чернит" Берия. После начала войны в СССР был страшный энергетический голод – не хватало угля. В начале 1942 г. Берия находит способ, как увеличить его добычу, готовит подробный план, и Сталин требует немедленно представить этот план в виде его распоряжения ему на подпись и начать его реализацию. Берия дает Чадаеву задание получить визы – т.е. подписи – остальных замов Сталина, которыми они обещают, что свою часть плана они выполнят. (Виза – согласие). Каганович подписывает, а Вознесенский, которому требовалось отдать для реализации этого плана резервы сырья и материалов, – отказался. Видите ли, он не хотел целый год сидеть без резервов. А то, что воюющий СССР будет без угля и потерпит поражение, его, простите, козла, не волновало!? Гитлеру собрался передать резервы? Между тем Вознесенский обязан был, отдав резервы на увеличение добычи угля, немедленно их снова сформировать путем детального экономического анализа расхода

[261]
материалов по остальным отраслям. Это, может, и большая, но обычная работа экономиста, а не придурка, греющего свой зад в начальственном кресле.

     Берия поведение Вознесенского взорвало (да оно взорвало бы любого ответственного человека), и он приказал Чадаеву нести документ на подпись Сталину без визы Вознесенского. Чадаев сам идти побоялся, отдал Молотову, тот сходил и подписал{Л94}. Чадаев уверяет читателя, что этот пример доказывает, каким самодуром был Берия. На самом деле этот пример показывает, каким подлым бездельником был Вознесенский, ведь не поставив визу, он мог теперь бездельничать, а когда у него требовали материалы из резерва, отвечать, что их забрал товарищ Сталин. Причина того, что Чадаев этого не понимает, лежит либо в его полной некомпетентности в делах практической экономики (что не удивительно, поскольку Чадаев доктор экономических наук), либо в его неудержимом желании очернить Берия любыми способами. Либо и в том, и в другом. Но почему он так ненавидит Берия?

     И Чадаев, и многие мемуаристы обязательно подчеркивают, что Берия был очень груб с подчиненными, но молчат, в чем были причины его грубости. Представляют дело так, будто Берия, встав не с той ноги, вызывал прекрасных, трудолюбивых, умных подчиненных и давай кричать: "Расстреляю! В лагерную пыль сотру!".

     Но вот именно такой подчиненный Берия – во время войны заместитель наркома вооружения В.Н. Новиков – приводит конкретный случай его грубости.

     Представьте: война, заводы, производящие стрелковое оружие под общим руководством Новикова, выбиваются из сил, увеличивая и увеличивая производство пулеметов, винтовок, пистолетов, противотанковых ружей и т.д. В это время к Новикову приезжает оставшийся временно без дела генерал-лейтенант госбезопасности Ткаченко, служивший до этого в Литве. Начинает неотступно ходить за Новиковым, слушает все проводимые Новиковым совещания, оперативки и т.д. Через несколько недель показывает Новикову телеграмму в адрес Берия, в которой предлагает совершенно нелепые кадровые перестановки на оружейных заводах – того снять, того заменить. Новиков пытается объяснить суть дела: почему "тот" пока не справляется, а "того" нельзя снять с должности даже для повышения. Генерал доводов понять не может и телеграмму посылает. Через несколько часов Новикову звонит Берия и начинает расспрашивать

[262]
о названных в телеграмме специалистах. Понимает Новикова с полуслова и просит дать трубку генералу.

     "Ткаченко берет трубку. Дальше слышу через каждые три-четыре слова такой мат, что... Короче, смысл сводился к следующему: "Я зачем тебя, сволочь такую, послал к Новикову – шпионить за ним или помогать ему? За твою телеграмму ты, такая-то б..., подлежишь расстрелу. Я до тебя доберусь. Не тем делом ты занялся, я тебя помогать послал, а ты чем занимаешься? По привычке кляузы разводишь на хороших работников? Расстреляю".

     Ткаченко стоит не бледный, а синий, и только бормочет бесконечно: "Слушаюсь, товарищ нарком".

     Затем Берия бросил трубку. Такого "воспитания" я в жизни не слышал ни раньше, ни позднее. После этого случая Ткаченко ко мне не появлялся примерно дней десять. А вскоре и совсем уехал куда-то".

     Да чем же еще заставить дурака думать перед тем, как отвлекать от работы занятых людей своими глупостями? Чем еще научить дурака вникать в порученное дело? А ведь не научи его, так он и в самом деле будет думать, что верхоглядство – это есть работа.

     А как – спросите вы – Берия материл самого Новикова, как угрозами расстрела держал его и всех в страхе?

     В том-то и дело, что никак: "Следует сказать – пишет Новиков, – что как только мы оказались в сфере влияния органов безопасности, аресты заводских работников любого ранга прекратились. Во всяком случае, на всех заводах, где я бывал во время войны, а таких заводов были десятки". Вот вам и страшный Берия.

     Более того, Новиков пишет о таком случае. Когда ему с коллегами комитет партконтроля влепил выговор, по сути, за пьянку, они Берия не жаловались. Однако тот сам об этом узнал, сам через местные органы НКВД разобрался в чем дело и сам настоял перед партконтролем снять выговор. Этот выговор да еще и во время войны был пустяком, но ведь Берия нашел время и с ним разобраться, чтобы защитить своих подчиненных. И уже в 1942 г. он представил и наркома вооружения Д.Ф. Устинова, и зама наркома В.Н. Новикова к званию Героя Соцтруда, о чем Новиков, естественно, написать забыл.

     Однако защитой и поощрением подчиненных дело не ограничивалось. "В особо острых ситуациях – пишет Новиков – звонил прямо Берии. Если его не было на месте, видимо, ему сразу докладывали, и он, не ожидая повторного вызова, перезванивал сам, задавая вопрос: "Ну, в чем там дело?" Если я докладывал,

[263]
что угля осталось на сутки и прошу помочь, он обычно отвечал: "Ладно, что-нибудь придумаем"". И придумывал.

     Нет, товарищи, с таким начальником у хорошего подчиненного работа была в радость.

     Ну и как Новиков отдает дань признательности Берия? Вот так: "На мой взгляд, Берия старался не трогать работников оборонной промышленности и, более того, помогал нам в годы войны по двум причинам. Во-первых, он боялся Сталина, боялся его гнева, боялся потерять его доверие и расположение, если "вождь всех времен и народов" вдруг засомневается в преданности и исполнительности верного Лаврентия. Значит, все, за что Берия отвечал, должно было крутиться, как швейцарские часы: тихо, точно, надежно.

     А во-вторых, это был дальний прицел, стратегический, так сказать, расчет. Всеми силами Берия старался создать себе репутацию не только у Сталина, но и у членов ЦК, Политбюро, правительства незаменимого и талантливого организатора, проницательного и вдумчивого руководителя".

     Каждый судит по себе и получается, что это сам Новиков работал не ради страны, не потому, что шла война, не ради коммунизма, а только потому, что боялся гнева Берия, боялся, чтобы Берия не "засомневался в преданности" себе верного Вовчика Новикова? И уважал бы Новиков Берия только в случае, если бы Берия постарался завоевать у ЦК репутацию легко заменимого, серого дезорганизатора, тупого и глупого начальника? Так что ли? Вообще-то на примере Берия легко проверяются на подлость сами мемуаристы.

     Мне могут сказать, что в послесталинском СССР никто бы не издал воспоминаний В.Н. Новикова, если бы он не обругал Берия. Так-то это так, но ведь Новиков брызжет слюной и от себя лично. Описывая свою первую встречу с Берия, он описывает его внешний вид и добавляет: "На руках кольца"{Л72}.

     Откуда?! На всех многочисленных фото Берия видно, что он совершенно безразлично относился к своему внешнему виду. Трудно найти его фото в форме, которая, как известно, любого мужчину красит, а ведь Берия был маршалом фактически с 1938 г. Сплошь мешковатые, какие-то помятые костюмы, блеклые рубашки, шляпа на ушах, старомодное чеховское пенсне, которое в те годы, наверное, только он и носил. И ни на одной фотографии нет ни единого, даже обручального, кольца на пальце! Тут Новиков клевещет уже чисто от себя, из любви к этому делу. Почему?

[264]

Потребность клеветать

     Нам необходимо сделать еще один промежуточный вывод из того, что мы обсудили.

     При внимательном рассмотрении тех фактов биографии Берия, которые сообщают его враги в мемуарах, Берия предстает как очень энергичный, умный, способный разобраться в тонкости любого дела руководитель. Причем, он тщательно берег и щедро награждал своих умных и трудолюбивых подчиненных. Наверняка таким же он был и в общении со своими товарищами. Тогда возникает вопрос – откуда у его товарищей и подчиненных взялась потребность оплевать и оклеветать его? Заметьте, я говорю пока не о причине, а о потребности. Что он им всем сразу сделал?

     Может быть, они завидовали его уму и работоспособности? Наверное, есть и в этом смысл, но, во-первых, не все завидовали, а, во-вторых, когда завидуют, то врут не так – принижают роль того, кому завидуют, и раздувают свою. А здесь же ищут любой повод, чтобы оплевать, клевещут, не сообразуясь с элементарной логикой. Откуда столько ненависти?

     Здесь уместен такой ответ – они его предали! Никто не умеет так ненавидеть, как предатель свою жертву. Посмотрите на сегодняшних бывших членов КПСС, часть из которых КПСС всю жизнь сытно, до отрыжки, кормила. Посмотрите, с каким остервенением они плюют и клевещут и на КПСС, и на СССР. Почему? Они ведь знают, что, предав, стали подонками. И эта мысль их мучает, они не хотят осознавать себя подлецами, поэтому искренне стараются представить СССР и КПСС (не сообразуясь, что это они и были тем, кого зовут "КПСС") какими-то монстрами, чем-то страшным – такими, что предательство Партии и Родины становится уже чем-то обязательным, не стыдным.

     И Берия тоже все предали, а после предательства у всех появилась потребность его ненавидеть, клеветать на него, низводить его до уровня какого-то выродка рода человеческого. У некоторых читателей, возможно, возникает вопрос – а разве могут все предать одного? Да сколько угодно!

     Вон вся Иудея предала Иисуса Христа и вопила Понтию Пилату: "Распни его"!

     Как это ни покажется кощунственным, но сравнение Берия с Иисусом Христом достаточно правомерно, разница лишь в деталях. Иисуса Христа сначала предали, а потом распяли, а Берия сначала убили, а потом предали.

[265]

     Чего хотел Иисус из Назарета? Иисус хотел, чтобы люди Иудеи жили по законам Божьим, по законам справедливости. Чего хотел Берия? Он тоже хотел, чтобы партноменклатура КПСС жила по законам справедливости. А скоты и в Иудее, и в КПСС по этим законам жить не хотели, они хотели много денег, барахла, баб и бездельничать. Им не нужна была справедливость, и даже те, кто разделял идеи Христа и Берия, перед лицом скотов смолчали и голоса своего в защиту распинаемых не подали. То есть предали их вместе со всеми.

     Если Иисуса все же формально судили, сначала на заседании древнего еврейского суда старейшин – синедриона а затем его судил римский суд в лице Понтия Пилата, то Берия сначала подло убили, а уж затем состоялось заседание синедриона КПСС – Пленум ЦК, после которого состоялась и комедия уголовного суда.

     Обвинения, которые выдвигались на иудейском синедрионе против Иисуса, были фальсифицированы, а тем обвинениям, которые были выдвинуты Берия на коммунистическом синедрионе, трудно подобрать эпитеты даже из богатого русского языка. Их лучше рассмотреть хотя бы в принципе.

Синедрион КПСС

     Напомню, что высшим руководящим органом КПСС был Съезд КПСС, который собирался раз в 3 года. В промежутках между съездами партией руководил избираемый съездом синедрион из 125 членов ее Центрального Комитета. Сбор этого синедриона назывался Пленумом ЦК, именно Пленум избирал орган для текущего руководства – Президиум ЦК, членом которого был Берия. Поэтому члены Президиума, даже единогласно, вывести Берия из состава Президиума не могли, им для этого и для партийного "одобрямс" ареста Берия нужно было созвать синедрион.

     Пленум ЦК КПСС по вопросу Берия проходил со 2 по 7 июля 1953 г., т.е. практически через неделю после объявления о его "аресте". Механизм проведения Пленума был таков. Сначала выступил глава СССР Маленков с основным обвинением, так сказать, с обвинением в главных злодействах Берия. После него должны были выступить 41 человек с описанием менее значительных злодейств (тех, которые они знали), затем было принято Постановление Пленума с осуждением Берия.

[266]
Смогло выступить за 5 дней всего 24 человека: народ уморился и перечисления злодейств Берия решил больше не слушать.

     (Это известный способ проведения заседаний "руководящих органов". На них всегда есть люди, которые не согласны с президиумом. Чтобы не дать им выступить и не дать повлиять на решение остальных, президиум включает их выступление в конец списка. А вначале выступают болтуны, которые доводят присутствующих до состояния, когда те сами начинают кричать: "Прекратить прения!").

     Маленков начало и конец своего выступления заполнил общей голословной болтовней о том, какой Берия негодяй, а в середине сообщил и о фактах конкретных его преступлений. Давайте рассмотрим их все. (Здесь и далее, если специально не указано, цитаты взяты из "Документов…"{Л74})

     "Вот факты, о которых должен знать Пленум ЦК.

     На прошлой неделе, накануне того дня, как мы решили рассмотреть в Президиуме ЦК дело Берия, он пришел ко мне с предложением предпринять через МВД шаги к нормализации отношений с Югославией. Я заявил ему, что надо этот вопрос обсудить в ЦК. Какое же это предложение? В изъятых теперь у Берия материалах есть следующий документ:

     "Пользуюсь случаем, чтобы передать Вам, товарищ Ранкович, большой привет от товарища Берия, который хорошо помнит Вас.

     Товарищ Берия поручил мне сообщить лично Вам строго конфиденциально, что он и его друзья стоят за необходимость коренного пересмотра и улучшения взаимоотношений обеих стран.

     В связи с этим товарищ Берия просил Вас лично информировать об этом товарища Тито, и если Вы и товарищ Тито разделяете эту точку зрения, то было бы целесообразно организовать конфиденциальную встречу особо на то уполномоченных лиц. Встречу можно было бы провести в Москве, но если вы считаете это почему-либо неприемлемым, то и в Белграде.

     Товарищ Берия выразил уверенность в том, что об этом разговоре, кроме Вас и товарища Тито, никому не станет известно". Осуществить эту меру Берия не успел ввиду того, что мы повернули события в отношении его лично в другом направлении".

     О том, в каком "другом направлении" повернуло событие Правительство СССР, невольно проболтался в своем выступлении зампред Совмина, отвечающий за министерство иностранных дел, В.М. Молотов:

     "Я думаю, товарищи, что этот факт – товарищ Маленков прочитал проект письма к "товарищу Ранковичу" для "товарища Тито"

[267]
– этим фактом предатель выдал себя с поличным. Он от руки им написан и он никак не хотел, чтобы Президиум ЦК обсудил этот вопрос. Что же это за человек?

     Правда, мы обменялись послами.

     Маленков. И мы хотели нормализации отношений.

     Молотов. Мы хотим нормализации отношений, и мы письменно сформулировали в ЦК, как мы относимся к Югославии в настоящее время. Ясно, что если в лоб не удалось, мы решили взять другим, мы решили, что надо установить с Югославией такие же отношения, как и с другими буржуазными государствами: послы, обмен телеграммами, деловые встречи и прочее".

 

Г.Маленков


     Итак, оказывается, это "преступление" Берия соответствовало всему внешнеполитическому курсу государства и закончилось установлением дипломатических отношений с Югославией. Кроме этого, оказывается, Берия согласовал свое обращение к Ранковичу с главой СССР Маленковым. Так в чем его вина? Видите ли, он не обсудил это дело – улучшение отношений с Югославией, которое впоследствии приветствовало ЦК, – с Президиумом ЦК, а это 10 членов, из которых один член – это Берия, а второй член – председательствующий на Президиуме ЦК Маленков. И вина Берия в том, что он не сообщил о письме остальным 8 членам Президиума, но ведь об этом же ничего этим членам не сообщил и Маленков. Так кто из них преступник – глава СССР Маленков или его заместитель Берия, действующий по заданию своего шефа? Я уж не говорю о том, что Конституция СССР никак не предписывала министрам СССР хоть что-либо согласовывать с ЦК КПСС. Но Маленков продолжает:

     "Или другой факт. В правительстве обсуждался германский вопрос. Речь шла о серьезном неблагополучии в положении ГДР. Мы все пришли к заключению, что в результате неправильной политики в ГДР наделали много ошибок,

[268]
среди немецкого населения имеет место огромное недовольство, что особенно ярко выразилось в том, что население из Восточной Германии стало бежать в Западную Германию. За последний период, примерно за 2 года, в Западную Германию убежало около 500 тыс. человек.

     Мы объяснили нашим немецким друзьям, и они вполне согласились с этим, что нельзя в современных международных условиях проводить курс на форсированное строительство социализма в ГДР.

     Почему мы пришли к такому выводу и считаем, что не следует в настоящее время проводить курс на форсированное строительство социализма в ГДР?

     Анализ внутреннего политического и экономического положения в ГДР, факты массового бегства населения Восточной Германии в Западную (около 500 тыс. уже убежало!) со всей очевидностью показывают, что мы имеем налицо опасность внутренней катастрофы. Мы обязаны были трезво смотреть в глаза истине и признать, что без наличия советских войск существующий режим в ГДР непрочен. Политическое и экономическое положение в ГДР в настоящее время крайне неблагополучно.

     Мы считали, что самая неотложная задача состоит в том, чтобы наши немецкие друзья быстро и решительно осуществили меры по оздоровлению политической и экономической обстановки в ГДР. События в ГДР показали правильность этих мер. Мы даже запоздали с их осуществлением, чем враг, как вы знаете, воспользовался.

     Следовательно, мы считали и считаем вместе с немецкими друзьями, что надо поправить курс на форсированное строительство социализма.

     Надо сказать, что Берия при обсуждении германского вопроса предлагал не поправить курс на форсированное строительство социализма, а отказаться от всякого курса на социализм в ГДР и держать курс на буржуазную Германию. В свете всего, что узнали теперь о Берия, мы должны по-новому оценить эту его точку зрения. Ясно, что этот факт характеризует его как буржуазного перерожденца".

     Ну и что? Арестовали вы его за что? Предлагал он, но решаете-то вы, он же только предлагал обсудить, а не силой оружия заставлял вас что-то делать. Ну исключите его за это из ЦК КПСС, но, повторяю, арестовали-то вы его за что?

     "Затем, товарищи, факт, связанный с вопросом о массовой амнистии. Мы считали и считаем, что эта мера по амнистии

[269]
является совершенно правильной. Но, раскрыв теперь подлинное лицо Берия, мы приходим к заключению, что он подходил к этому мероприятию со своих позиций, он имел свои планы на этот счет. Факты показали, что он проводил эту меру с вредной торопливостью и захватил контингенты, которых не надо было освобождать, например, вовсе не надо было освобождать воров-рецидивистов. (Голоса: Правильно!) После событий с Берия мы поправили и дальше еще поправим это, но поведение Берия вокруг вопросов амнистии является, несомненно, подозрительным. Мы и в этом отношении должны извлечь урок для себя".

     Повторю, не Берия амнистировал, а Верховный Совет СССР, Берия только предложил провести амнистию, причем, не ворам-рецидивистам, а совершенно другим осужденным. Он предлагал:

     "Проектом указа предусматривается освободить из мест заключения около 1000000 человек, осужденных на срок до 5 лет, осужденных независимо от срока наказания за должностные, хозяйственные, некоторые воинские преступления, а также женщин, имеющих детей до 10 лет, и беременных женщин, несовершеннолетних в возрасте до 18 лет, пожилых мужчин и женщин и больных, страдающих тяжелым неизлечимым недугом.

     Предлагается не распространять амнистию на осужденных на срок свыше 5 лет и привлеченных к ответственности за контрреволюционные преступления, бандитизм, крупные хищения социалистической собственности и умышленное убийство".

     И если из тюрем вышли рецидивисты, то ведь это не Берия, а вы их выпустили, и не по записке Берия, а по Указу Президиума Верховного Совета СССР. Он-то тут при чем? То есть это уже не тенденциозное освещение фактов, это уже прямая ложь, клевета на Берия из уст главы СССР. И закончил Маленков перечень "преступлений" Берия тоже клеветой:

     "Далее, товарищи, известно, что Берия ведал специальным комитетом, занятым атомными делами. Мы обязаны доложить Пленуму, что и здесь он обособился и стал действовать, игнорируя ЦК и правительство в важнейших вопросах работы специального комитета. Так, он без ведома ЦК и правительства принял решение организовать взрыв водородной бомбы. Надо ли говорить о значении этого факта. Когда ему руководящие работники специального комитета (они здесь – тт. Ванников, Завенягин) дали проект решения для внесения в правительство,

[270]
он, Берия, перечеркнул этот документ и единолично вынес решение, скрыв его от ЦК и правительства".

     Заметим, что Берия было поручено создание атомной и водородной бомб. Он в плане этого поручения назначил испытание водородной. В чем его преступление? Он что, как нынешние правители России, продавал США оружейный уран?

     Кроме того, составителем сборника, в котором напечатана стенограмма этого Пленума, был пресловутый член Политбюро ЦК КПСС А.Н. Яковлев. И составители тщательно искали это "тайное" от правительства решение Берия об испытании водородной бомбы, но так и не нашли.

     Вот и весь перечень "преступлений" Берия, который смог вменить ему в вину Президиум ЦК, перечень, за который Берия якобы арестовали.

     На Пленуме его не обвиняли ни в шпионаже, ни в заговоре с целью захвата власти, ни в применении пыток к подследственным и фальсификации дел, – ни в чем. С момента убийства Берия прошла всего неделя, и титаны мысли в Президиуме еще ничего не успели придумать.

     Началось выступление соратников Берия, и для тех, кто попробует понять то, о чем они говорили, стенограммы их выступлений являются репортажем из сумасшедшего дома. Все пытались как-то обгадить Берия, но их слова в подавляющем своем количестве не имели никакого отношения ни к Берия, ни к элементарному здравому смыслу.

     Вот выступает А.И. Микоян, который считался очень хорошим оратором. Но попробуйте понять, о чем он говорит:

     "Микоян. Это был такой дезорганизатор, особенно в последнее время, что совершенно нельзя было спокойно работать. Вот поэтому принятое решение не только не ослабляет нас, а открывает возможность творчески работать над дальнейшим подъемом и укреплением нашей страны.

     Маленков. Не так страшен черт, как его малюют.

     Микоян. А каким жалким он выглядел на Президиуме!

     Я часто по своим делам советуюсь с товарищем Маленковым. И вот, говоря об увеличении товарных фондов, я прошу меня поддержать увеличить на 20 млрд. против годового плана фонды товаров для рынка. Правительство меня поддержало. Видя такую поддержку, я взялся за работу засучив рукава. Меня товарищ Маленков спрашивает, каких промтоваров не хватает стране. Я ему отвечаю: самое главное – не хватает хороших тканей для мужских и женских костюмов,

[271]
не хватает хороших сорочек, а с остальным обойдемся. Стали нажимать на товарища Косыгина, чтобы изыскал средства для увеличения выпуска хороших тканей. Я предложил: есть свободная валюта, есть некоторые ресурсы в нашей стране, и надо купить на 2-3 млн. хороших тканей для костюмов в Китае, сразу привезти, и тогда мы оденем нашу интеллигенцию и рабочих в хорошую одежду. Такое мероприятие было бы без ущерба для нашей экономики.

     Или взять улов сельдей. Улов у нас в два раза больше, а в продаже сельдей меньше, чем при царе. При царе на 280 тыс. импортировалось взамен хлеба. Нажимаем, нажимаем, а рыбпром больше не дает.

     Хрущев. Может сложиться впечатление, что мы действительно сидели и дрожали перед ним. Было много случаев, когда мы хорошо в зубы давали и принимали решения. А то получается впечатление, что мы сидели и глядели на него.

     Микоян. Я хочу сказать, как он срывал там, где всякому ясно, что это вредно для государства, так что если мы выбросили его из нашей среды, то это только усилит нашу партию и даст возможность хорошо работать".

 

А.Микоян


     Вы поняли о чем речь? Я не понял. Берия никогда не отвечал ни за сельское хозяйство, ни за рыбную ловлю, ни за торговлю. При чем тут селедка сама по себе, а тем более, при чем эта селедка к аресту Берия?

     Но говорить-то надо было о чем-то, раз уж Микоян залез на трибуну, тем более, что всякий раз, когда он пробовал обвинить Берия в чем-то конкретно, то получался прямо противоположный эффект. К примеру.

[272]

     По долгосрочному торговому соглашению мы поставляли чехам свои товары, вероятнее всего зерно, а чехи нам – продукцию машиностроения. В 1953 г. они должны были поставить 800 штук дизельных двигателей в 500 л.с. каждый для нефтяных вышек. Но чехи "уговорили" Микояна сократить это количество наполовину. То есть не Микоян их уговорил принять вполовину меньше советского зерна, а они его уговорили поставить меньше двигателей. Гитлера, которому они всю войну поставляли танки и самолеты, убивавшие наших солдат, они уговорить не могли, а Микояна – запросто. Они, видите ли, эти двигатели "не могли освоить", как сообщил синедриону Микоян. Поставить во время войны фашистам 846 самолетов FW-189 с двумя двигателями по 500 л.с. каждый, поставить 8000 танков – это чехи "могли освоить", а 800 двигателей нам – нет! Микоян, наверное, за такую торговлю взятку-то от чехов, может, и не брал, а "Берия взбесился" – жалуется Анастас Иванович.

     Но ведь и понятно, почему он взбесился: экспорт зерна, которого и самим-то не хватало, оставался главным доходом страны на внешнем рынке, и Берия пытался увеличить нефтедобычу, чтобы найти альтернативу зерну, чтобы у советских людей появился не только хлеб в избытке, но и мясо с молоком. Ему для этого нужны были чешские двигатели, а Микоян их чехам "простил".

     Еще о зерне. Микоян жалуется Пленуму и вот на что. Индусы запросили 300 тыс. т зерна, и Микоян подготовил постановление правительства о поставке в Индию этого количества. А негодяй Берия нагло спрашивает Микояна: где вы его возьмете? А Микоян отвечает – экспорт зерна западным странам снизим. А он (Берия), гад, – принеси и покажи, с каких западных стран ты экспорт 300 тыс. т зерна снял? И – жалуется Пленуму Микоян – "вопрос по Индии был снят".

     Для тех, кто не понял, чего хотел Микоян, поясню. Он и не собирался нарушать контракты с Западом. Подписав в правительстве постановление о поставке в Индию 300 тыс. т хлеба, он бы отнес его в Госплан и Госснаб и потребовал бы у них это количество зерна для дополнительного экспорта. А где бы их взял Госплан? Конечно, у советских людей, т.е. экспорт в Индию осуществился бы за счет уменьшения продаж советскому народу муки, макарон, выпечки и т.д. Берия на охране интересов советского народа стоял бдительно и не дал этого сделать.

[273]
Микоян смог протолкнуть эту аферу только после его убийства.

     И раз мы уже заговорили о том, что Берия прямо не касалось, – о сельском хозяйстве и зерне, – о том, чем Берия занимался сверх своих обязанностей, то процитируем и Хрущева по этому вопросу.

     "Хрущев. …Товарищи, вы знаете, что несколько лет как поручено товарищу Маленкову наблюдать за сельским хозяйством. Берия демонстрирует внешнюю свою дружбу, неразлучную, неразрывную с товарищем Маленковым, гробя сельское хозяйство, доведя до последней степени это хозяйство. Дальше терпеть нельзя: молока нет, мяса мало. Объявили переход от социализма к коммунизму, а муку не продаем. А какой же коммунизм без горячих лепешек, если говорить грубо.

     Голос из Президиума . Картошки нет.

     Хрущев. Картошки нет. Это делалось для того, чтобы свалить, а потом добраться до власти, потом объявить амнистию, выступить с ворами и рецидивистами, чтобы сказали: вот Берия спасает. Он делал так, чтобы народ подкупить. Дешевая демагогия.

     Но Берия это упорно срывал. Мы по картошке и овощам три месяца обсуждаем вопрос, три месяца не можем принять решения. Как только поставим – опять доработка. Мы снизили цены на картошку и капусту, а картошки и капусты в магазинах нет. Капуста стала дороже или в одной цене с бананами. Что же это такое? Что же, наши колхозники разучились выращивать капусту?

     Нет, товарищи, надо глубже посмотреть и надо решить этот вопрос, и все будет. Но он – провокатор. Я даже думаю, что он считал, что если где-нибудь восстаньице будет, то это лучше. Ух, это какой мерзавец".

     О чем речь. Маленков и Хрущев, которые считали себя большими специалистами в сельском хозяйстве, подготовили программу его развития и вынесли ее на утверждение Президиумом ЦК, а член Президиума Берия делает замечания по этой программе и программу возвращают на доработку. Но если замечания Берия глупые, то у вас в Президиуме 9 голосов против одного голоса Берия. Так почему же программа возвращалась? Правильно – потому, что глупая. "Специалисты" сельского хозяйства Хрущев и Маленков глупости своей программы увидеть не могли, а "неспециалист" Берия их видел. Так чего же отсутствие в магазинах муки для "горячих лепешек"

[274]
сваливать на Берия, а не на вас, дураков, вместе с Микояном?

     Вообще, надо сказать, выступления на Пленуме поражают убогостью тех, чьи портреты в те годы носили на демонстрациях.

     Вот выступает В.М. Молотов: "Этот "герой" Берия, который решил сменить первого секретаря Украины, первого секретаря Белоруссии, затем произвести коренные изменения в кадрах Литвы и так далее, – что он наделал? Он благодаря нашим торопливым решениям наделал много бед, он усилил национальную вражду в этих республиках".

     Вдумайтесь в то, о чем он говорит. Оказывается, Берия подготовил неправильные решения, неправильность которых остальные 9 членов Президиума понять были не способны и по своей глупости "торопливо их приняли". Мозги, видите ли, у остальных 9-ти высохли. Молотов, по-моему, вообще плохо соображал, о чем он говорил. К примеру:

     "Я не первый год работаю. С тех пор, как Берия приехал в Москву, атмосфера испортилась: пленумы перестали собирать, съезд затянулся на 13 лет. Это началось после 18-го съезда, как раз к моменту приезда Берия в Москву". Осталось только услышать от Молотова, что если в кране нет воды, то значит выпил ее Берия. Ведь решения о съездах и пленумах партии принимало Политбюро, а членом Политбюро Берия стал только в 1946 г. (когда съездов не было уже почти 3 срока – 8 лет), в то время как Молотов был членом Политбюро с 1926 г. и за отсутствие съездов ему винить надо только себя.

     Но скажем пару слов и о "национальной вражде", которую, по словам Молотова, "усилил" Берия.

     Дело в том, что Литва с 1917 г. по 1940 г. не была в составе Союза, русский язык там не преподавался и на нем не разговаривали. А Западная Украина вообще никогда в составе России не была. Граждане этих республик просто не знали русского и должна было пройти пара десятилетий, а то и более, чтобы русский стал в этих районах разговорным.

     У Литвы, кстати, и до присоединения была очень сильная компартия, она в подполье издавала даже детские сатирические журналы, у литовцев было и сильное стремление к Союзу{Л179}. Но вот кончилась война, в Литву от ЦК КПСС послали представителей (в Литве, кстати, сидел М. Суслов – "выдающийся идеолог" хрущевско-брежневского периода). Этим представителям лень было учить литовский язык,

[275]
а ведь материть подчиненных на каком-то языке надо! И эта номенклатура для своего удобства стала менять литовцев на тех, кто хорошо знает русский язык.

     В результате к 1952 г. "несмотря на то, что с момента установления Советской власти в Литве прошло немало времени, партийные, советские и хозяйственные органы как в центре, так и на местах не обеспечены руководящими кадрами из коренного литовского населения республики. Например, из четырех заместителей Председателя Совета Министров Литовской ССР только один является литовцем, в аппарате ЦК КП Литвы из 15 заведующих отделами литовцев только 7, в Вильнюсском обкоме из 16 заведующих отделами и секторами всего 3 литовца, в аппарате Каунасского горкома из 8 заведующих отделами литовец только один, из 22 лекторов ЦК и обкомов КП Литвы всего 6 литовцев. В аппарате быв. Министерства государственной безопасности Литовской ССР в составе 17 начальников отделов был лишь один литовец, из 87 начальников райотделов МГБ литовцев насчитывалось всего 9 человек, а из 85 начальников райотделов милиции – всего 10 литовцев.

     Даже в составе руководящих хозяйственных работников литовцы составляют меньшинство. Так, из 92 директоров совхозов литовцев только 27, из 132 директоров МТС только 53 литовца.

     Наличие на руководящих постах в партийных и советских органах людей, не знающих литовского языка, не знакомых с обычаями, культурой и бытом литовского населения, затрудняет сближение власти с массами и учет местных условий при осуществлении тех или иных общих мероприятий Партии и Правительства, а также дает пищу вражеским элементам для антирусской пропаганды".

     Это строки из постановления правительства, подготовленного Берия, и в нем, по политическим мотивам, не говорится, что и к 1953 г. в Литве продолжался политический бандитизм. (Секретарь ЦК КП Литвы хвастался, что за 6 месяцев 1953 г. бандиты убили всего 7 человек). Но посудите сами, при таком отсутствии литовцев в органах власти (при почти полностью литовском населении) это ведь не союзная республика, а действительно – оккупированная республика. И все это во имя чего? Чтобы Суслов, сидящий в Литве представителем ЦК, мог в рабочее время художественные книжки читать, а не литовский язык изучать?

     И в постановлении требуется перевести на литовский язык делопроизводство и проведение конференций и съездов.

[276]

     Еще хуже было положение в Западной Украине.

     "Так, например, из 311 руководящих работников областных, городских и районных партийных органов западных областей Украины только 18 человек из западноукраинского населения.

     Особенно болезненно воспринимается населением Западной Украины огульное недоверие к местным кадрам из числа интеллигенции. Например: из 1718 профессоров и преподавателей 12 высших учебных заведений города Львова к числу западноукраинской интеллигенции принадлежат только 320 человек, в составе директоров этих учебных заведений нет ни одного уроженца Западной Украины, а в числе 25 заместителей директоров только один является западным украинцем.

     Нужно признать ненормальным явлением преподавание подавляющего большинства дисциплин в высших учебных заведениях Западной Украины на русском языке. Например, в Львовском торгово-экономическом институте все 56 дисциплин преподаются на русском языке, а в лесотехническом институте из 41 дисциплины на украинском языке преподаются только четыре. Аналогичное положение имеет место в сельскохозяйственном, педагогическом и полиграфическом институтах г. Львова. Это говорит о том, что ЦК КП Украины и обкомы партии западных областей не понимают всей важности сохранения и использования кадров западноукраинской интеллигенции. Фактический перевод преподавания в западноукраинских вузах на русский язык широко используют враждебные элементы, называя это мероприятие политикой русификации.

     Такое положение дел в западных областях Украины создает почву для подрывной работы врагов Советской власти, особенно буржуазно-националистического подполья. Факты говорят о том, что это подполье, несмотря на многолетнюю борьбу за его ликвидацию, все еще продолжает существовать, а его банды продолжают терроризировать население.

     ЦК КП Украины и обкомы партии западных областей до сих пор не могут учесть, что борьбу с националистическим подпольем нельзя вести только путем массовых репрессий и чекистско-войсковых операций, что бестолковое применение репрессий лишь вызывает недовольство населения и наносит вред делу борьбы с буржуазными националистами.

     С 1944 по 1952 гг. в западных областях Украины подверглось разным видам репрессии до 500 тыс. человек, в том числе арестовано более 134 тыс., убито более 153 тыс.,

[277]
выслано навечно из пределов УССР более 203 тыс. человек. О явной неудовлетворительности проводимых мер борьбы с буржуазно-националистическим подпольем говорит тот факт, что около 8000 человек из молодежи, подлежащей набору в ремесленные училища и школы ФЗО, перешло на нелегальное положение".

     А что прикажете делать молодому человеку, если он не изучал в школе русский язык и не знает его? Он же не может поступить в ВУЗ. В постановлении умалчиваются результаты перехода западно-украинской молодежи на "нелегальное положение".

     С 1945 по 1955 гг. бандеровцы убили 55 тыс. советских граждан, в том числе 2622 активиста и партработника, 582 председателя сельсовета, 1930 учителей и врачей, более 25 тыс. военнослужащих, пограничников и милиционеров.

     Берия отнюдь не собирался ни потакать бандеровцам, ни идти с ними ни на какие переговоры. Постановление обязывает: "…в ближайшее время добиться ликвидации в западных областях Украины буржуазно-националистического подполья". Но ведь надо ликвидировать не только живую силу противника, но и его политическую базу!

     Нужно сказать, что читая выступления Молотова и остальных "государственных деятелей СССР", оставшихся без Сталина, не перестаешь удивляться тому, какие же они мелкие. Вы только посмотрите, в чем Молотов не стеснялся обвинять Берия. Простите за длинную цитату.

     "Вы, члены Пленума ЦK, знаете, кто рекомендовал премьер-министра на Пленуме ЦK. Это Берия. Собирается Верховный Совет. Кто назначил Берия для того, чтобы он рекомендовал премьер-министра? Он сам себя назначил. Мы никто не возражали. Когда 9 марта собирался Верховный Совет, я позвонил Берия по-товарищески. Мы тогда были товарищами еще. Перед этим был разговор в нашей руководящей группе, что он опять захотел выступить как рекомендующий премьер-министра на сессии Верховного Совета. Я позвонил, что мы так договорились, нехорошо ли это, почему, собственно говоря, премьер-министра на сессии Верховного Совета, предложенного партией, рекомендует не секретарь Центрального Комитета Хрущев. Мы выступали трое на Мавзолее – Маленков. Берия, я. Назначается сессия. Пленум решил рекомендовать премьер-министра. Почему бы Хрущеву не выступить? – "Нет, я".

     Единство партии, единство руководящего ядра – замолчали. Вот это одно дело.

[278]

     Теперь я вас спрашиваю, вот вы читаете протоколы Президиума. Почему нет подписи секретаря ЦК? Там безымянная подпись – Президиум ЦК. Никогда этого не было. Это стало, когда чересчур много подписей товарища Сталина было на всех документах. Это старое правило, которое было и при Ленине, и при Сталине: председательствует Председатель Совета Министров, а ведет протокол, отвечает за протокол Секретарь ЦК. Вот у нас и нужна была подпись Секретаря ЦК. Я звоню товарищу Хрущеву в конце мая месяца, так как вижу, что это непорядок, понимаю, что это дело не случайное. Спрашиваю у товарища Хрущева: почему нет подписи Секретаря ЦК под протоколами Президиума, ведь это ненормально, нет таких партийных порядков? Да, – говорит он, – это ненормально, нужно, чтобы был порядок такой, какой полагается. Звоню товарищу Маленкову, он соглашается. Звоню Берия – почему у нас нет подписи под протоколами Президиума? Он отвечает: если решать этот вопрос, то надо и решать другие вопросы. А какие – молчит. Опять неясно. Оказывается, он позвонил Хрущеву и говорит, почему нет подписи Секретаря ЦК под протоколами Секретариата, ставь свою подпись. С тех пор появилась подпись под протоколами Секретариата.

     Мне непонятно было его заявление, что при решении вопроса о подписи протоколов Президиума надо решать другие коренные вопросы. Когда 26 июня весь Президиум сидел и обвинял Берия в течение двух с половиной часов во всех его грехах (а их много), мы его попросили объяснить, какие он имел в виду другие коренные вопросы решить при решении вопроса о подписи Секретаря ЦК под протоколами Президиума. На это он отвечает: может быть, надо повестку составлять. Так разве это коренной вопрос? Лгал, как последний проходимец, ничего не мог ответить".

     О каком же единстве партии можно говорить, если вы, ее верхушка, как шакалы набросились на лучшего из вас? О каком единстве подлецов можно вести речь?

     Но вернемся к тексту. Вы видите, какие вопросы мучили Молотова? Кто должен был сказать: "Мяу!" Кто должен был сказать: "Предлагаю назначить председателем Совета Министров СССР т. Маленкова" – Берия или Хрущев? Молотов, опять по ошибке, согласился, чтобы "мяу" сказал Берия, а политически правильно было бы, чтобы "мяу" сказал Хрущев. Опять проходимец Берия святого партийца Молотова подставил! Далее.

[279]

     Берия сидит и занимается пустяками – созданием водородной бомбы, добычей нефти, транспортом, реорганизацией промышленности, подавлением бандитизма в Литве и на Украине, а Молотов звонит ему по очень важному политическому вопросу: как подписывать бумаги – "Президиум ЦК" или "Секретарь ЦК"? А он, проходимец, по такому важному вопросу разговаривать не хочет!

     Честное слово, даже не знаешь, как на такой идиотизм реагировать?

     Апостол Петр трижды отказался от Христа, пока пропел утренний петух. Правда, потом Петр стал основателем Римской Церкви. А подчиненные Берия, которых он при жизни осыпал наградами, предали его немедленно и навсегда. Правда, может они не хотели ждать, пока жареный петух клюнет их в темечко.

     Вот министр нефтяной промышленности Н.К. Байбаков со слезой в глазах пожаловался синедриону:

     "Особую активность развил Берия в вопросах увеличения добычи нефти в Татарии и Башкирии, в результате чего был представлен пятилетний план развития нефтяной промышленности, предусматривающий, как вам известно, рост добычи нефти за пятилетие почти в два раза, т.е. на 85%, а по наращиванию мощностей в переработке – в два и больше раза. Нефтяная промышленность обеспечит этот рост, хотя это и связано с большим перенапряжением сил. Однако я должен сказать, что это делалось не для того, чтобы обеспечить нужды народного хозяйства, а в карьеристических целях Берия".

     Планирование в СССР шло снизу вверх, т.е. нижестоящие предприятия сначала посылали проекты своих планов вышестоящим инстанциям, а те их правили и спускали вниз для исполнения. Видимо, Байбаков запланировал рост добычи нефти процентов на 10, но Берия и ему не дал себе лапшу на уши повесить. Слишком хорошо разбирался в тех делах, которыми руководил. Должен с пониманием отнестись к жалобам Байбакова: у меня тоже был умный директор. И если бы я попробовал возможности своего цеха занизить не на 5%, а на 85, то тоже бы "не горел желанием попадаться ему на глаза".

     Думаю, что читателей эти примеры уже утомили, и перед тем, как в качестве последнего привести выступление еще одного подчиненного Берия – Завенягина, я сделаю небольшое разъяснение из личного опыта.

[280]

     В середине перестройки были прекращены ядерные испытания на Семипалатинском полигоне. Его ученые и конструкторы остались без работы и обратились на близлежащие заводы, в том числе и на тот, на котором я тогда работал, с предложением сделать нам что-нибудь.

     До этого мы никогда не заключали научно-исследовательских или опытно-конструкторских договоров с оборонными промышленностью и институтами, работали только с гражданскими. И, заключая договор, вписывали в него то, что нам надо, а исполнитель представлял расчет стоимости работ и вписывал цену ее в договор. Если она нас устраивала, то мы подписывали договор. Мы даже представить себе не могли, что может быть как-то по-другому, мы полагали, что деньги считают и в "оборонке" СССР. И ожидали именно такой договор, когда заказали семипалатинцам создать прибор для автоматического определения влаги в коксе. Но в их договоре вместо привычной нам цены была запись, что завод обязан заплатить им столько, сколько они по своему усмотрению потратят! Нас такая наглость страшно удивила. Но оказывается, что в СССР только гражданские люди обязаны были считать деньги и экономить их, а оборонка тратила их без счета!

     Началось это безобразие при Хрущеве и вызвано было, конечно, страхом, с одной стороны, но, главное, полной некомпетентностью тех лиц в Правительстве СССР, кто заказывал боевую технику и оружие. Ведь не понимая, что делают исполнители, невозможно и поставить их в рамки экономии.

     Представьте мое удивление, когда я увидел, что единственным, кто пытался обуздать наглость конструкторов военной техники, "отцов" атомных бомб, был Берия. Его зам по созданию атомной и водородных бомб А.П. Завенягин так его "бичевал" на синедрионе: "Берия слыл организатором, а в действительности был отчаянным бюрократом. После смерти товарища Сталина Берия особенно заметно стал демагогически вести игру в экономию. Американцы строят новые большие заводы по производству взрывчатых атомных веществ. Тратят на это огромные средства. Когда мы ставили вопрос о новом строительстве, Берия нам говорил: "К черту вы тратите много денег, укладывайтесь в пятилетку". Мы не могли с этим мириться, государство не может мириться. Берия же повторял нам: "К черту, укладывайтесь в утвержденные цифры".

     Заметьте, Берия пытался уменьшить для каждого из нас бремя военных расходов, а обнаглевшие "оборонщики"

[281]
путали свою бесхозяйственность с интересами государства. Некомпетентное ЦК тогда и после поддерживало их, и они продолжали жечь деньги народа СССР до тех пор, пока страна не развалилась.

Смерть за Конституцию

     От чтения таких выступлений можно окончательно разувериться в людях.

     Конечно, со всеми, кто был допущен к выступлению на Пленуме ЦК, Президиум ЦК переговорил, а кое-кому из наиболее активных (требующих исполнять законы партии и дать самому Берия выступить на Пленуме), наверное, и сказали правду или полуправду. Но все же угнетает такое тупое единодушие в клевете на наиболее выдающегося государственного деятеля СССР. Тут, надо думать, вот какие причины.

     Большинство членов ЦК являлись членами ЦК по своей должности. Они были секретарями КПСС союзных республик, краев и крупных областей. Они и раньше очень не любили Берия, а после смерти Сталина стали его еще и бояться. И дело здесь не в том, что Берия стал министром внутренних дел. Пока партия была у власти, партийной номенклатуре министр МВД был не страшен. Корни ненависти номенклатуры были в другом.

     До развала СССР на Западе существовала наука – кремленология. (Сейчас, когда Запад сам назначает власть в России, надобность в этой науке отпала). Специалисты этой науки тщательно отслеживали мельчайшие детали появления кремлевских властителей на людях и анализировали упоминание имен в речах и документах. По таким, к примеру, признакам, как расстояние на трибуне Мавзолея до генерального секретаря, определяли, какой вес в правительстве СССР занимает тот или иной государственный деятель, стоящий на трибуне.

     Так вот, самыми большими учеными в этой науке были партаппаратчики КПСС, поскольку для них это было жизненно важно. Отмечая, кто из властителей стал ближе к генсеку, кто дальше, что говорится о них в докладах, партаппаратчики знали, кому нужно лизнуть, а на кого можно и гавкнуть. По массе признаков партноменклатура видела, что Берия неудержимо идет вверх и становится вождем, но то, что он хотел сделать, став вождем, приводило партаппаратчиков в ужас. Причем, говорить об этом открыто было нельзя,

[282]
и они, в основном, только намекали друг другу о том, почему Берия надо остановить и уничтожить.

     Вот, к примеру, хитрый Микоян делает столь тонкий намек, что я, к примеру, его не понял, и проскочил бы мимо, если бы этот намек не сопровождала тупая и подлая ложь. Микоян сказал (подчеркнуто мною – Ю.М.):

     "Когда он выступил на Красной площади над гробом товарища Сталина, то после его речи я сказал: в твоей речи есть место, чтобы гарантировать каждому гражданину права и свободы, предусмотренные Конституцией. Это в речи простого оратора не пустая фраза, а в речи министра внутренних дел – это программа действий, ты должен ее выполнять. Он мне ответил: я и выполню ее. А потом внес предложение без суда и следствия арестовывать людей на десять лет. Вот такое двурушничество стало постепенно раскрываться".

     Дело в том, что до прихода Берия в МВД Особое совещание при МВД имело возможность приговаривать к расстрелу и к заключению на срок до 25 лет. И Микояна, и всех остальных это вполне устраивало. Не устраивало только Берия, который предложил ограничить права этого суда наказанием не более 10 лет, а более тяжкие дела в любом случае рассматривать только обычным судом. И об этом ограничении говорит Микоян, но посмотрите, как он нагло брешет! Ведь вся партноменклатура, сидящая в зале, то, что он брешет, поняла, но она также поняла, что Микоян брехал только для того, чтобы напомнить всем "посвященным" о речи Берия у гроба Сталина и об упоминании Берия Конституции. Я нашел эту речь{Л180} и понял, за что возненавидела Берия верхушка КПСС – он в этой речи сразу же раскрыл карты, он сказал им: "Иду на вы!" – и пошел на них с открытым забралом.

     Поясню. Во-первых, представьте себе, что председатель Госдумы России Селезнев в официальной речи вдруг начал бы упоминать только часть должности главы исполнительной власти России – президента. Т.е. стал бы говорить не "президент Путин", а "резидент Путин". Что бы вы подумали? Правильно, все бы поняли, что трусливый Селезнев вдруг бросился в атаку на Путина и теперь будет вести с ним борьбу не на жизнь, а на смерть.

     От революции и до развала СССР в официальных речах исполнительную власть страны называли только так – "Коммунистическая партия и Советское Правительство"! И не иначе. То есть говорили: "Коммунистическая партия и Советское правительство

[283]
ведут советский народ к коммунизму", или: "Коммунистическая партия и Правительство СССР обеспечили победу в войне", и т.д. Причем, можно было упомянуть только партию, но упоминание только правительства без партии было равносильно сегодняшнему упоминанию о Путине не как о президенте, а только как о резиденте.

     Во-вторых. Сталин делал очень много, чтобы жизнь страны велась по ее Конституции, но, похоже, только он да немногие понимали, что это за Закон.

     (Я начал учиться в школе в середине 50-х и у нас табели успеваемости были отпечатаны еще по старым образцам. И от сталинских времен в них было впечатано два предмета, которые мы уже не изучали: Конституция СССР и логика. Сталину очень хотелось, чтобы советский народ знал свои права и был умным).

     Но в СССР на Конституцию просто не обращали внимания. Зачем она нужна, если КПСС (ее партаппарат) способен был обеспечить принятие какого угодно закона{П43} и как угодно изменить саму Конституцию? Напоминание о ней было равносильно напоминанию в армии самодуру-начальнику, что и он обязан подчиняться общеармейскому Уставу. Возразить на это начальнику будет нечего, но он воспримет ваше заявление как попытку покуситься на его личную власть и будет смотреть на вас как на личного врага.

     Теперь о речи Берия на похоронах Сталина. Речи говорили три человека в такой последовательности: Маленков, Берия, Молотов. Опытным аппаратчикам-кремленологам стало сразу ясно, что Берия – второй человек в государстве. Тем более, что на фото в газетах с подписью "Руководители Партии и Правительства выносят гроб с телом Иосифа Виссарионовича Сталина из Дома союзов" первыми идут Маленков и Берия, а Молотов во втором ряду за Маленковым, Хрущев – за Берия.

     В речах Маленкова и Молотова во всех случаях, где по смыслу нельзя обойтись без правительства, оно упоминается только вместе с партией: "Коммунистическая партия Советского Союза, Советское Правительство считают, что самой…", "Коммунистическая партия, Советское Правительство стоят на том, что…",

[284]
"Мы должны еще теснее сплотиться вокруг Центрального Комитета нашей партии, вокруг Советского Правительства". И, разумеется, ни тот, ни другой даже на похоронах Сталина не упомянули о Конституции, которая тогда практически официально называлась по имени своего автора – Сталина.

     А вот речь Берия. В ней в общих местах он тоже говорит о партии и правительстве, но когда доходит до знакового места, до сути речи, до того, как будем жить без Сталина, то Берия резко меняет акценты: "Рабочие, колхозное крестьянство, интеллигенция нашей страны могут работать спокойно и уверенно, зная, что Советское Правительство будет заботливо и неустанно охранять их права, записанные в Сталинской Конституции", "И впредь внешней политикой Советского Правительства будет ленинско-сталинская политика сохранения и упрочнения мира…" и т.д.

     Простой народ вряд ли понял, о чем это Берия говорит, но ведь для партноменклатуры это был удар током – Берия вознамерился вести страну дальше без партии, т.е. без них, он обещает народу беречь его права, которые дает народу не партия, а какая-то там Конституция!

     Надеюсь, что из этого примера понятна причина злобы Микояна и причина его клеветы на Берия – он знал, что эту его злобу разделяют в зале большинство и поэтому большинство к его клевете отнесется одобрительно.

     Простодушно, без микояновских хитростей формулу обвинения Берия выразил Каганович: "Партия для нас выше всего. Никому не позволено, когда этот подлец говорит: ЦК – кадры и пропаганда. Не политическое руководство, не руководство всей жизнью, как мы, большевики, понимаем".

     Не мог обойти эту тему и Хрущев: "Помните, тогда Ракоши сказал: я хотел бы знать, что решается в Совете Министров и что в ЦК, какое разграничение должно быть… Берия тогда пренебрежительно сказал: что ЦК, пусть Совмин решает, ЦК пусть занимается кадрами и пропагандой".

     Хрущев и Каганович, как видите, причину злобы партноменклатуры к Берия скрыть не смогли: восстанавливая действие Конституции, Берия автоматически оставлял ЦК КПСС подбор депутатов в Советы и пропаганду коммунистических идей. Иными словами – Берия хотел лишить партноменклатуру абсолютной надконституционной власти. И за это "преступление" его убийство было одобрено синедрионом.

[285]

     Но если бы члены КПСС поступили честно – если бы так и сказали: "Мы убиваем Берия за это!", тогда к ним можно было бы сохранить хоть какое-то уважение. Но они поручили юридическим мерзавцам завести на Берия уголовное дело и выдумать Берия несуществующие преступления.

А где "дело Берия"?

     По официальной версии, 26 июня 1953 г. Берия был арестован, 2-7 июля был проведен вышеописанный синедрион, а затем следователи Генеральной прокуратуры под личным руководством Генерального прокурора Р. Руденко провели следствие, составив из документов следствия многотомное "дело Берия". И теперь историки вовсю цитируют эти документы: "показания" самого Берия, "показания" тех, кто был убит как член "банды Берия".

     У меня подлинность этих "показаний" вызывают глубокое сомнение. Мне не понятно, откуда они взялись у историков, даже при том, что все они ссылаются на то, что они лично изучали материалы этого "дела". Но что это за материалы?

     По идее, "дело Берия" должно было бы состоять из многочисленных допросов подсудимых, свидетелей, потерпевших, заключений экспертов и прочей доказывающей обвинение документальной базы. Завершать дело должен протокол (стенограмма) судебного процесса, который по официальной версии длился 8 дней, с 16 по 23 декабря 1953 г. Все это должно быть большим объемом документов, сшитых в многочисленные тома.

     И когда эти документы цитируют, то должна быть ссылка на том уголовного дела, из которого взят документ, и на номер листа в этом томе. Историкам это делать не обязательно, но когда на судебном процессе цитируются материалы предварительного следствия, то здесь указание на том и лист дела обязательно! Ведь секретарь суда, который ведет протокол, со своего места не может видеть, откуда взята ссылка, а записать он ее обязан. Так вот, в цитируемых протоколах судебного слушания "дела Берия" ссылки на тома дела начисто отсутствуют, причем даже тогда, когда дело цитирует зампред Верховного Суда Е.Л. Зейдин – человек в таких делах компетентный.

     Вот, к примеру, образцы якобы его выступления в ходе судебного слушания: Член суда Зейдин. Я оглашаю показания свидетеля Морозова: "В 1937 г…"" – и далее показания.

[286]
Или: "Член суда Зейдин. Оглашаю показания Голидзе, данные им на предварительном следствии: "Должен…""{Л72} – и далее идут показания Голидзе. А откуда, из какого тома взяты показания этого свидетеля или Голидзе? Такое поведение судьи настолько нетипично, что бросается в глаза. Сравните его, к примеру, с протоколами суда по делу Павлова, цитаты из которых приведены в главе 3.

     Еще один вопрос, вызывающий недоумение. Сколько томов было в "деле Берия"? Маршал Москаленко, возможно, первый об этом упомянул: "…еще более подробно преступления Берии изложены в 40 томах, составленных Генеральным прокурором СССР т. Руденко"{Л72}. Здесь интересна уверенность Москаленко в том, что все 40 томов составили не следователи, а лично Руденко, но, возможно, он просто неудачно выразился. Смущает и ровная, "круглая" цифра числа томов "дела Берия". Ведь вероятность того, что число томов дела составит некруглую цифру, равна 90%, а круглую – всего 10%. Ну да Бог с ней, с цифрой.

     Но вот историк и писатель В. Карпов в книге "Расстрелянные маршалы" называет уже несколько другую цифру этого "дела".

     "Было составлено более 40 томов из протокола допроса и приложенных к ним документов, изобличающих преступников.

     (Я познакомился с этими томами. Ничего более страшного не мог бы придумать искусный детективщик!)"{Л36}.

     Так сколько томов в этом "деле" – 40 или "более 40"?

     А весной 2000 г. "дело Берия" якобы было рассмотрено Верховным Судом РФ на предмет реабилитации, в которой Берия Верховным Судом отказано. (Если бы нынешние судебные мерзавцы его реабилитировали, то для Берия это было бы тягчайшим оскорблением). Телеканал РТР, снимая передачу о Берия, взял интервью у председателя Военной коллегии Верховного Суда, под председательством которого в закрытом заседании (!) это дело якобы рассматривалось. Тот, с бегающими, как у мошенника, глазками, сообщил, что они тщательно изучили все 50 томов "дела Берия".

     Так сколько томов в "деле Берия" – 40 или 50?

     Вы скажете, что я прицепился к какому-то пустяку, но это не так. Повторяю, прежде чем разбирать эпизоды из судебного дела, нам, в данном случае, надо понять, было ли оно вообще. Вот, к примеру, историк В.Ф. Некрасов цитирует "стенограмму судебного заседания по делу Берия".

[287]

     Председатель. Почему вы, имея в своем распоряжении более 120 тысяч человек войск НКВД, не дали их использовать для обороны Кавказа?

     Берия. Я утверждаю, что недостатка в войсках там не было. Перевалы были закрыты. Я считаю, что мы провели большую работу по организации обороны Кавказа... Я раньше не говорил, почему я не давал войск НКВД для укрепления обороны Кавказа. Дело в том, что предполагалось выселение чеченцев и ингушей.

     Москаленко. Вы признаете, что все ваши действия (после смерти Сталина) были направлены к захвату власти?{Л72}

     Этот эпизод вызывает даже не вопрос о том, фальшивка ли это, а вопрос о том, в каком году эта фальшивка была сфабрикована!

     Берия предстает идиотом, готовым пропустить за Кавказский хребет немцев, лишь бы только иметь силы для выселения чеченцев. А если бы немцы прорвались через Кавказ, то он кого бы сохраненными силами выселял – курдов из Турции? Отступать-то больше некуда было! И второе, Берия организовывал оборону Кавказа в 1942 г, впервые вопрос о выселении чеченцев был поставлен Наркоматом обороны только в 1943, а выселены они были в 1944 г. Как реальный Берия мог думать о решении проблемы, которая еще не возникла? Такое впечатление, что эта фальшивка должна датироваться временами перестройки, когда впервые заговорили о "бедных выселенных народах".

     Вот в чем вопрос о наличии уголовного дела Берия. Есть ли в нем хоть что-то правдивое, или все сплошь ложь?

     Дела из архивов не каждому историку выдаются для просмотра, и по закону они безоговорочно должны показываться только прямым родственникам. Единственный сын Л.П. Берия – Серго Лаврентьевич Берия – написал об отце книгу, к которой, строго говоря, нужно относиться очень осторожно в области фактов, исходящих лично от покойного Серго Лаврентьевича. Но, анализируя несуразности клеветы на отца, логикой С. Берия владел прекрасно. И ему для книги, безусловно, нужно было "дело Берия", и, главное, ему не имели права отказывать в знакомстве с ним. Но вот что он пишет в своей книге "Мой отец – Лаврентий Берия".

     "По мнению некоторых историков, "это был самый крупный процесс над сотрудниками органов внутренних дел и государственной безопасности за всю историю их существования". Но почему "процесс века", каким хотели представить его с конца 1953 г.,

[288]
был закрытым? Этот отнюдь немаловажный вопрос, похоже, исследователей не занимает. А жаль. Не здесь ли надо искать ответ на некоторые загадки советской послевоенной, да и не только послевоенной истории?..

     Допустим, что все происходило именно так, как принято считать, и процесс в Москве действительно состоялся. Но где же само нашумевшее "Дело Л. П. Берия"? Вот уже несколько лет на эти материалы то и дело ссылаются и публицисты, и историки. Сама же стенограмма закрытого заседания Специального Судебного Присутствия не опубликована и по сей день. Не преданы гласности и материалы следствия, которое, повторяем, почти полгода шло под непосредственным руководством Генерального прокурора СССР Романа Руденко. Почему? И вновь вопрос без ответа.

     Конечно же, в лучших традициях "перестроечной гласности" и здесь проще всего все свалить в очередной раз на "козни" КГБ. Но не получается. Еще осенью 1992 г. начальник Центрального архива Министерства безопасности России полковник Александр Зюбченко признался:

     – Очень хочу когда-нибудь почитать дело Лаврентия Берия. Проблема в том, что у нас этих томов и никогда не было. Я даже не знаю, сколько их вообще. Вся группа дел, связанных с Берия, хранится не у нас. Могу предположить, что их держат под сукном еще и потому, что не все там однозначно, с точки зрения правовой оценки этих лиц"{Л100}.

     Я цитировал стенограмму заседания пленума из сборника документов "Лаврентий Берия 1953", подготовленного под общей редакцией А.Н. Яковлева Международным фондом "Демократия" в 1999 г. В сборнике есть раздел III "Суд и приговор "дорогих товарищей", но в этом разделе нет ни единого документа из "дела Берия" – ни обвинительного заключения, ни куска стенограммы суда, ни единого "показания", ни приговора. А ведь это документы о "следствии и суде" над Берия. Как это понять?

     Все сходится к тому, что эти "более 40 томов дела Берия" – миф.

     Тогда возникает закономерный вопрос – а был ли суд над Берия, если нет документального результата этого суда?

А был ли суд?

     Суда в точном значении этого слова – рассмотрения всех доказательств обвинения – не было, и это уже не предположительно, а точно.

[289]
Для доказательства этого мы снова воспользуемся фактами умолчания – т.е. отсутствием того, что обязательно должно было бы быть, если бы суд, как это официально утверждается, шел 8 дней.

     Но прежде всего о том, кто "судил" Л.П. Берия и его товарищей по несчастью. Председателем Специального судебного присутствия Верховного суда СССР являлся Маршал Советского Союза И.С. Конев. В число членов входили: председатель Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов Н.М. Шверник; первый заместитель председателя Верховного суда СССР Е. Л. Зейдин; генерал армии К.С. Москаленко; первый секретарь Московского областного комитета КПСС Н.А. Михайлов; председатель Совета профессиональных союзов Грузии М.И. Кучава; председатель Московского городского суда Л.А. Громов; первый заместитель министра внутренних дел СССР К. Ф. Лунев.

     Поскольку палача убийцей считать нельзя – он исполняет свой служебный и гражданский долг, – то убийцами Меркулова, Деканозова, Кобулова, Гоглидзе, Мешика и Влодзимирского были выше перечисленные лица. Берию они не убивали, Берия был убит задолго до суда (о чем ниже), и они лишь освятили его убийство.

     Как правильно заметил С. Берия, этот процесс был процессом века, а, за исключением маршала Конева, все судьи – это чиновники довольно мелкие и в истории СССР незаметные. Для них этот процесс был бы звездным часом, если бы он был! Они бы оставили толстенные тома воспоминаний о нем, тысячу раз рассказали бы и пересказали его детали хотя бы своим родственникам и знакомым.

     Но все вышеперечисленные лица дружно о процессе умолчали. Не все полностью умолчали, но те, кто что-то сказал, своими словами только подтвердили то, что они суда над убитыми ими людьми не видели.

     Маршал Конев оставил обширные мемуары, но о суде над Берия в них ничего нет.

     По части мемуаров всех переплюнул маршал Москаленко, – они у него толще, чем у Жукова, и гораздо толще, чем у Рокоссовского. У такого словоохотливого мемуариста есть все о его участии в "аресте" Берия, есть эпизод, как они с Хрущевым выпивали по случаю "ареста" в театре. Есть, конечно, и об участии Москаленко в процессе в качестве судьи. Я процитирую все, что он об этом написал, и вам не надо будет набираться терпения.

[290]
Вот воспоминания Москаленко о 8-дневном суде: "По истечении шести месяцев следствие было закончено, и состоялся суд, о чем известно нашим гражданам из печати"{Л72}. И о процессе – все! Видимо, и сам член суда Москаленко узнал о суде тоже из печати. Полковник А. Лебединцев долго служил у Москаленко, тесно контактировал с Д. Фостом, которого Москаленко нанял писать мемуары, дав Фосту за это звание полковника и оклад командира корпуса. Лебединцев пишет: "Во время бесед в самолетах и на учениях, Москаленко ни разу не вспомнил о его участии в аресте, охране, суде и приведении в исполнении приговора над Берия".

     Воспоминания еще одного члена суда, М.И. Кучавы, в сборнике "Берия: конец карьеры" названы "Из дневника члена специального судебного присутствия". То есть надо понимать так, что все 8 дней Кучава вел дневник. Ну и что же мы там видим?

     Почему-то свой дневник Кучава начал сентенцией: "Не только в Грузии, но и в стране ходила легенда о том, что Берия на судебном процессе не присутствовал..." И далее на 2-х книжных страницах Кучава, вместо описания суда, почему-то начинает доказывать, что Берия на суде был, так как Кучава хорошо его знал по Грузии и не мог ошибиться. Далее идет описание хода процесса, а потом 2,5 страницы "дневника" о том, каким родственникам и друзьям Кучавы Берия жизнь испортил. Само описание процесса над Берия я тоже приведу полностью.

     "С открытием процесса председательствующий И.С. Конев огласил его состав. Когда он назвал мою фамилию и должность, Берия резко повернул голову, как показалось, искал меня среди членов суда. Он был косоглазый без пенсне.

     Берия, в отличие от всех других подсудимых, на судебном процессе вел себя непоследовательно. Проявлял нервозность, упрямство, неискренность. В отличие от других подсудимых, много раз просил суд сохранить жизнь, передать эту его просьбу Хрущеву.

     На судебном процессе обнажилась омерзительная, чудовищная картина интриг, шантажа, клеветы, глумления над человеческим достоинством советских людей"{Л72}.

     И это все? Весь дневник Кучавы за 8 дней процесса?!

     А вот еще один "очевидец". Майор М.Г. Хижняк в 1953 г. был комендантом штаба ПВО Москвы и, вероятнее всего, оказался невольным свидетелем того, как Москаленко и Батицкий

[291]
заманили Берия в западню и убили. В то время веры в молчание Хижняка, видимо, не было, и его, надо думать, как и телохранителей Берия, держали под арестом все полгода "следствия по делу Берия" и "суда". Заставили разучить легенду, по которой Хижняк якобы участвовал в аресте Берия и был единственным, кто его обслуживал в заключении, и, кроме этого, заставили утверждать, что Хижняк был единственным конвоиром Берия на суде. Потом Хижняка, как и всех убийц, наградили орденами, деньгами и выпустили, но уже после суда. И вот Хижняк на вопросы корреспондента "Вечерней Москвы" "вспоминает" о суде:

     "Я находился при Берии.

     В комнате сидели члены суда. Кого запомнил? Михайлов Николай Александрович, Шверник, генерал Москаленко и следователь по особо важным делам…

     – Сколько суд продолжался?

     – Больше месяца. Ежедневно, кроме суббот и воскресений. Они работали с 10 до 18-19 часов. Конечно, с перерывом на обед"{Л182}.

     Помимо удивительной краткости "воспоминания" о процессе века, обращает на себя внимание следующее. "Присутствовавший" на "всех заседаниях суда" Хижняк не знает, что председателем на суде был маршал Конев (Хижняку в тюрьме газет, видимо, не давали). Во-вторых, он уверен, что какой-то "следователь по особо важным делам" был членом суда, чего не могло быть не только в СССР, но и ни в одной стране мира. И, наконец, он не знает, что суд продолжался 8 дней, и считал, что он шел "больше месяца".

     Что происходит? Восемь судей, секретари суда, конвоиры, следственная бригада – и никто ничего или нагло врут!!

     Мне скажут, что суд был секретный и все члены суда хранили тайну. О чем?! Вы же видите, в чем обвиняли Берия, что там было тайного? Да и не хранил никто тайну, отдел пропаганды ЦК КПСС немедленно после ареста и до суда принял меры, чтобы заполнить страну лживыми инсинуациями.

     Офицер зенитно-артиллерийского полка в 1953 г. А. Скороход вспоминает об этом так:

     "В ноябре 1953 г. призрак Берии снова напомнил о себе. Вместе с шестью батареями полка я был в лагере, где нам предстояло провести учебно-боевые стрельбы. Как-то вечером позвонили из штаба лагерного сбора: "Приезжай, как можно скорее, познакомиться с одним любопытным документом".

[292]

     На следующий день валил снег, мела метель, полеты, а, следовательно, и тренировки были отменены. Поехал в лагерь к начальнику штаба. Тот открыл свой сейф и вытащил оттуда тоненькую книжку в мягком сером переплете. К книжке скрепкой был прикреплен список. Найдя в нем мою фамилию, майор поставил возле нее галочку и протянул мне книжку:

     – Читайте, товарищ подполковник, узнаете много интересного. – Помявшись, добавил: – Гадости тоже. Приказано донести документик. Распишитесь в списке и читайте в соседней комнате сколько душе угодно.

     Посередине страницы было написано крупно:

     "Обвинительное заключение, по делу Берии, по ст. УК..." – и шло перечисление статей, которые я, естественно, не запомнил. Так вот оно что! Состояние лихорадочного возбуждения охватило меня. Теперь опять же не помню весь текст, но основные разделы остались в памяти.

     Незаконное преследование и расстрел родственников Серго Орджоникидзе и бесконечные грязные похождения растленного маршала госбезопасности. Насилие, наркотики, обман, использование высокого служебного положения. Среди его жертв – студентки, девочки, жены, уведенные от мужей, и мужья, расстрелянные из-за жен...

     Читал я не отрываясь, без перерывов и раздумий. Сначала залпом, потом помедленнее, ошарашено, не веря глазам, перечитывая отдельные места. Записывать было ничего нельзя. Вышел из комнаты, отдал книжку веселому майору, тот подмигнул:

     – Ну, каков Лаврентий Павлович?

     – Как в помойную яму окунулся, – ответил я"{Л72}.

     Как видите, задолго до суда, вопреки закону и традиции, по которой до суда материалы дела не разглашаются, ЦК подготовил почву для объявления стране, что Берия "с пособниками" по суду расстрелян! Наверняка и после суда были книжицы с "протоколами" суда, откуда все нынешние историки и черпают "правду" о деле Берия.

     А тем, кто по идее обязан был быть свидетелем этого процесса, просто сказать нечего – не было процесса, они ничего не видели.

     Еще о прессе. По традициям тех лет, включая эпоху Сталина, репортажи со всех "громких" процессов сопровождались фотографиями суда и главных обвиняемых. Дело Берия не было исключением, газеты дали фото судей и обвиняемых. Но на этих фото Берия не было!

[293]

     Думаю, что могу предложить версию, наиболее полно учитывающую все выявленные факты и противоречия.

     После убийства Берия (о чем будем говорить ниже) и ареста лиц, которые якобы были членами его "банды", следственные действия в отношении последних, скорее всего, велись, но и Руденко, и следователи прекрасно понимали, что суда не будет, так как Берия уже не было в живых. Поэтому следователи "резвились" вовсю и фальсифицировали протоколы допросов грубо и небрежно. Руденко написал художественное произведение "Обвинительное заключение", насколько у него под рукой было материалов, а в голове фантазии, – ведь оспаривать его обвинение все равно было некому.

     Сам "процесс", я полагаю, провели так. В первый день все собрались, как бы для настоящего суда, и сфотографировались. А затем Конев объявил, что в связи с болезнью главного обвиняемого – Берия суд откладывается на несколько дней. Подсудимых увели, члены суда подписали им приговор и подсудимых убили. После суда Руденко сфальсифицировал протокол судебного разбирательства. Самого же дела в его обычном понимании – собрания томов документов – возможно, никогда и не было.

Жертвы

     Надо немного рассказать, откуда взялись "заговорщики" Берия. Сначала, как явствует из материалов июльского 1953 г. пленума, предполагалось, что не будет недостатка в материалах для обвинения Берия в преступлении, оправдывающем его убийство. Как говорят юристы – был бы человек, а статья найдется. Но не тут-то было – все старания окончились ничем: Берия не в чем было обвинить. И тогда созрел план обвинить его в заговоре с целью захвата власти. Но в этом случае нужны были и заговорщики, т.е. для оправдания убийства Берия потребовалось убить еще несколько десятков человек. Их собирали следующим образом.

     Подходящей для заговорщика кандидатуре, т.е. человеку, который служил с Берия, предлагали гнусно оклеветать его. Если кандидат был подлец, т.е. соглашался и клеветал, то его оставляли "свидетелем" по делу Берия. Но если он оказывался более-менее честным человеком, то тогда его арестовывали и, надо думать, негодяи Руденко сами писали за этих людей и их "признания", и "показания" на Берия.

[294]

     К примеру, бывший сослуживец Берия, на тот момент министр государственного контроля В.И. Меркулов, после назначения Берия на должность министра объединенного МВД просил у Берия вновь принять его на работу в МВД. Но Берия отказал, и это, видимо, многие сочли как вражду между ними. Отсюда созрела мысль, что Меркулов будет тем, кто охотно оклевещет Берия. Но Меркулов от этой низости удержался, и Хрущев об этом вспоминает так:

     "Мы условились, что я его вызову в ЦК. Я вызвал Меркулова, рассказал, что вот так и так, задержан Берия, ведется следствие, "вы много лет с ним работали и могли бы помочь ЦК".

     – Я с удовольствием сделаю, что могу. – Я ему предложил:

     – Вы возьмите и письменно все изложите.

     Прошло сколько-то дней, и он написал большую записку. Она, конечно, есть в архиве. Записка эта ничем не помогла нам. Это были общие впечатления, его умозаключения. Это было, скорее, какое-то сочинение. Этот Меркулов пописывал кое-что, пьесы писал и привык к сочинительству.

     Когда я послал этот материал к Руденко, он попросился ко мне на прием и сказал, что надо Меркулова арестовать, потому что следствие по делу Берии без ареста Меркулова затруднится и будет неполным. Центральный Комитет разрешил арестовать Меркулова.

     К моему огорчению (а я ему верил), Меркулов был связан с Берией в таких преступлениях, что и он сел на скамью подсудимых вместе с ним и понес одинаковое наказание".

     И точно так убийцы Хрущев с Руденко собрали всех "заговорщиков", за исключением, пожалуй, двух.

     Генерал-лейтенант П. Судоплатов о своей судьбе и судьбе генерала армии И. Масленникова рассказывает так.

     "В Прокуратуре СССР я столкнулся в приемной с генералом армии, Героем Советского Союза Масленниковым, который вышел из кабинета Руденко. Мы кивнули друг другу, и я успел заметить, что лицо его было мрачным.

     В качестве первого заместителя министра внутренних дел он командовал войсками МВД; звание Героя Советского Союза он получил как командующий фронтом во время войны. Я всегда относился к нему с большим уважением.

     В кабинете Руденко находился полковник юстиции Цареградский: за время беседы он не произнес ни единого слова и лишь аккуратно записывал вопросы Руденко и мои ответы. Руденко заявил, что получил указание от Центрального Комитета партии

[295]

 

П.Судоплатов


оформить мои объяснения, приобщив их затем к делу Берии, и сделал упор на то, что в моих объяснениях истории со Стаменовым содержатся ссылки на Сталина и Молотова. Их следует исключить, сказал он, и заменить ссылками на Берию, отдававшего вам все распоряжения и приказы, которые он получал в "инстанции".

     ...С самого начала мне не понравился тон и сами вопросы, которые задавал Руденко. Они были примерно такого рода:

     – Когда вы получили преступный приказ Берии начать зондаж возможности тайного мирного соглашения с Гитлером?

     Я тут же запротестовал, отметив, что такие выражения, как "преступный приказ", не использовались товарищами Маленковым и Хрущевым, когда они задавали вопросы и выслушивали мои объяснения. О преступных деяниях Берии я узнал лишь из официального сообщения правительства. Сам же я, как старший оперативный работник, не мог себе представить, что человек, назначенный правительством руководить органами безопасности, является преступником, ныне разоблаченным.

     Моими запротоколированными ответами Руденко остался весьма недоволен. Хотя он и сохранил вежливость в обращении, но упрекнул меня за то, что я слишком официален и употребляю бюрократические выражения в разоблачении такого заклятого врага партии и правительства как Берия.

     ...Поднявшись к себе на седьмой этаж, я узнал потрясшую меня новость – Масленников застрелился в своем кабинете. Позднее мне стало известно, что его допрашивали о якобы имевшихся у Берии планах ввести в Москву войска МВД, находившиеся под его командованием, и арестовать все правительство. Такого плана в действительности не существовало, и Масленников решил: лучше покончить с собой, чем подвергнуться аресту. Так он защитил свою честь генерала армии"{Л78}.

[296]

     (Сначала я подумал, что, может быть, Масленникову следовало все же пристрелить Руденко, но в этом случае Хрущев нашел бы на пост Генпрокурора нового мерзавца и получил бы "доказательство" заговора – вот, дескать, даже прокурора успели убить! Согласиться на арест? Но ведь подонок Руденко следствия не вел и суд не предполагался: от имени Масленникова Руденко написал бы какие угодно "признания", опозорив Масленникова на всю жизнь. Да, похоже, Масленникову деваться было некуда).

     Через несколько дней арестовали и Судоплатова, но он, в отличие от Масленникова, нашел способ избежать позора и смерти, но заплатил он за это 15 годами психушки и тюрьмы. Он прикинулся сумасшедшим и симулировал до 1958 г., когда ажиотаж по делу Берия уже прошел и его не стали расстреливать.

     Вот так собирались те люди, которых Конев с остальными негодяями убили своими росписями под "приговором".

     Но были еще и те, кто их убил непосредственно.

Палачи

     О том, что суда не было, свидетельствует и вот еще какой факт. Когда подсудимого приговаривают к расстрелу, то он, естественно, это знает. Его ведут к палачу, в присутствии палача прокурор удостоверяется, что перед ним именно тот, кого надо расстрелять, они с палачом подписывают акт и этим прокурор подтверждает палачу, что тот действительно убьет того, кого приговорил суд, и палач убивает. Что бы в это время ни говорил и ни делал приговоренный, но он знает, что приговорен, и палач из его слов в этом не усомнится. А представьте, что к палачу привели человека, который утверждает, что суда над ним еще не было. Да плюс на расстреле присутствует прокурор, которого палач лично не знает. Что палач подумает? Правильно – он поймет, что из него хотят сделать убийцу. Может возникнуть конфликт – вооруженный палач может потребовать своего начальника и того прокурора, с кем он обычно проводил казни, потребует от них разобраться с происходящим.

     Таким образом, если суда не было, то организаторы убийства не могли рисковать и вызывать палача для исполнения "приговора". А для честных людей отсутствие палача – это не малая проблема.

     Дело в том, что хотя профессия палача и нужна, но в России всегда к ней относились прямо-таки со страхом.

[297]
До революции на всю Россию был один-единственный палач. В ходе войн нравы, конечно, грубели, солдаты по приказу приводили приговоры в исполнение, но, тем не менее, офицеры старались делать так, чтобы беречь достоинство солдат. Скажем, в старину в некоторых армиях назначенному для расстрела отделению солдат ружья заряжали через одного боевыми и холостыми зарядами и так, чтобы солдаты этого не видели – не знали, у кого какое ружье и кто именно из них был палачом.

     Но в тылу, даже в ходе войны, профессия палача была дефицитом. Вот уже упоминавшийся мною князь Трубецкой рассказывает о своем пребывании в тюрьме в Москве в 1919 г. Он пишет, что палачом в тюрьме был полностью деградировавший китаец-уголовник, приговоренный к смертной казни. Казнь ему большевики откладывали, пока он приводил приговоры в исполнение, а потом и самого расстреляли. Дефицит на профессию палача сохранялся и все годы правления Сталина. Вот вдумайтесь, к примеру, в смысл такого распоряжения:

     "18 октября 1941 г.

Сотруднику особых поручений
спец. Группы НКВД СССР
старшему лейтенанту
Госбезопасности Семенихину Д.Э.

     С получением сего предлагается вам выехать в город Куйбышев и привести в исполнение приговор к высшей мере наказания – расстрелять следующих заключенных (дальше следует список 25 приговоренных).

     Об исполнении донести.

     Народный Комиссар Внутренних дел СССР

     Генеральный Комиссар Госбезопасности Берия"{Л36}.

     Во-первых, оказывается, в разгар войны в областном центре Куйбышеве не было человека, который бы мог расстрелять. Во-вторых, сам по себе расстрел был событием, по которому приказ давал лично нарком (министр). В-третьих, лично министр давал и список приговоренных, чтобы на месте, в Куйбышеве, никто ничего не напутал.

     Но вернемся к делу Берия. Если суд действительно был и приговор был законен, то Генпрокурор СССР Руденко вполне мог вызвать палача в бункер штаба ПВО Московского военного округа (где убивали арестованных по "делу Берия"), и тот привел бы приговор в исполнение. Но давайте рассмотрим два акта. Сначала такой.

[298]

АКТ

1953 года декабря 23-го дня

     Сего числа в 19 часов 50 минут на основании Предписания Председателя Специального Судебного Присутствия Верховного суда СССР от 23 декабря 1953 года за No.003 мною, комендантом Специального Судебного Присутствия генерал-полковником Батицким П.Ф., в присутствии Генерального прокурора СССР, действительного государственного советника юстиции Руденко Р.А. и генерала армии Москаленко К.С. приведен в исполнение приговор Специального Судебного Присутствия по отношению к осужденному к высшей мере наказания – расстрелу Берия Лаврентия Павловича.

Генерал-полковник Батицкий
Генеральный прокурор СССР Руденко
Генерал армии Москаленко
{Л100}

     Повторяю, Берия был убит задолго до этого и сам этот акт – фальшивка. Но он составлен по смыслу правильно: палач (Батицкий) в присутствии прокурора (Руденко) и члена суда (Москаленко) привел приговор в исполнение. (На то, что акт фальшивый, указывает, кроме всех событий, то, что он не имеет подписи врача, констатировавшего смерть Берия)

     А вот акт подлинный:

АКТ

     23 декабря 1953 года зам. министра внутренних дел СССР тов. Лунев, зам. Главного военного прокурора т. Китаев в присутствии генерал-полковника тов. Гетмана, генерал-лейтенанта Бакеева и генерал-майора тов. Сопильника привели в исполнение приговор Специального Судебного Присутствия Верховного суда СССР от 23 декабря 1953 года над осужденными:

     1) Кобуловым Богданом Захарьевичем, 1904 года рождения,
     2) Меркуловым Всеволодом Николаевичем, 1895 года рождения,
     3) Деканозовым Владимиром Георгиевичем, 1898 года рождения,
     4) Мешиком Павлом Яковлевичем, 1910 года рождения,
     5) Влодзимирским Львом Емельяновичем, 1902 года рождения,
     6) Гоглидзе Сергеем Арсентьевичем, 1901 года рождения,
     к высшей мере наказания – расстрелу.

     23 декабря 1953 года в 21 час. 20 минут вышеуказанные осужденные расстреляны.

     Смерть констатировал – врач (роспись){Л100}.

[299]

     Вдумайтесь в смысл этого документа: не палач, а прокурор (Китаев) и член суда (Лунев) лично убивают арестованных в присутствии неизвестно кого – лиц, которые никак и нигде в юридическом смысле в этом деле не значатся. Как это понять?

     Тут только одно объяснение. Возможно, Москаленко, к тому времени уже командовавший Московским военным округом, вначале надеялся, что заставит подчиненных себе генералов (Гетмана, Бакеева, Сопильника) убить невиновных, а Китаев и Лунев должны были бы при этом присутствовать как прокурор и член суда. Но, как видим, генералы отказались – то ли побрезговав становиться палачами, то ли что-то заподозрив. В результате убивать свои жертвы были вынуждены сами судейские убийцы. А вызванные убивать генералы стали невольными свидетелями, осмотрев трупы, только подписали акт.

     Пара слов об убийцах-добровольцах. О Китаеве у меня нет данных. А вот К.Ф. Лунев до войны работал скромным начальником отдела кадров наркомата текстильной промышленности, от фронта каким-то образом улизнул, устроившись секретарем Павло-Посадского горкома ВКП(б), после войны опять стал заместителем начальника отдела кадров Московского обкома ВКП(б), там его заметил, видимо, Маленков, и Лунев стал заведующим административным отделом этого обкома. После "ареста" Берия он стал начальником охраны правительства (!), членом суда в "деле Берия", затем оком Маленкова – первым заместителем председателя КГБ. После падения Маленкова переведен в Казахстан и отправлен на пенсию в 1960 г. в 53 года.

     Между прочим, о том, что Берия на суде отсутствовал и его не расстреливали, свидетельствуют выдумки довольно многочисленных "свидетелей" его казни. Эти выдумки никак не совпадают одна с другой и варьируются от простых (Батицкий застрелил его прямо в камере, Батицкий выстрелил ему в затылок, когда конвоировал его по лестнице в бункер), до театральных (из вентпомещения бункера демонтировали оборудование, в стену ввернули два кольца, к ним привязали руки Берия, и он стал похож на Иисуса Христа на кресте, потом Москаленко с Батицким долго торговались, кому стрелять, затем Батицкий убил Берия).

[300]

Предварительно о фальшивках

     Ну как же, скажете вы, а жалобные письма, которые Берия слал в Президиум ЦК во время следствия? Ведь они подтверждают, что он был жив.

     Должен сказать, что мне уже достаточно много раз приходилось иметь дело с фальшивками самых разнообразных документов, и я даже начал склоняться к мысли, что и умному человеку подделать документ очень не просто. А уж дураку! И по моему глубочайшему убеждению, умных мерзавцев не бывает, поэтому не бывает и идеальных фальшивок.

     В деле Берия рекордное количество фальшивок, как по времени (их наверное стряпают и сегодня), так и по многослойности. То есть сначала стряпаются фальшивки, которые имеют единственную цель – объяснить появление следующих, основных фальшивок. Но подробнее нам придется заняться фальшивками в третьей части книги. Поэтому о том, как разоблачаются фальшивые документы, скажу только пару слов.

     Фальсификатор чаще всего не знает каких-либо существенных обстоятельств, которых подлинный автор документа не мог не знать и не учитывать. Чаще всего, как это ни смешно, фальсификатор не способен сопоставить даты.

     Возьмите, к примеру, первое "письмо" (их три) Берия к членам Президиума ЦК. Оно датируется 28 июня, т.е. по идее Берия писал его на третий день после ареста. Начинается оно словами: "Товарищу Маленкову. Дорогой Георгий". Это возражений не вызывает. Далее: "Я был уверен, что из той большой критики на президиуме я сделаю все необходимые для себя выводы и буду полезен в коллективе". Тоже похоже на правду, ведь по легенде Берия арестовали на заседании Президиума ЦК, где сначала критиковали. Далее: "Но ЦК решил иначе, считаю что ЦК поступил правильно". Простите, ЦК – это Центральный Комитет КПСС, это 125 его членов. 28 июня ЦК еще ничего не решал, поскольку пленум ЦК собрался рассматривать дело Берия 2 июля, а закончил – 7 июля. Как Берия мог знать 28 июня, что произойдет 7 июля? Надо ли читать письмо дальше?

     Возьмем второе письмо, оно очень длинное, поэтому прочтем в нем фразу после подписи: "Т-щи, прошу извинения, что пишу не совсем связно и плохо в силу своего состояния, а также из-за слабости света и отсутствия пенсне (очков)".

[301]

     Берия имел небольшую близорукость, поскольку пенсне носил не постоянно: на части фотографий он в пенсне, а на части – без. Поскольку я сам близорукий и очки ношу постоянно, то поясню читателям с нормальным зрением, что близорукие вблизи видят лучше, чем люди с нормальным зрением, и у них нет проблем писать или читать без очков, нужно только ниже нагибать голову. Близорукие часто и снимают очки, когда пишут или читают, особенно с возрастом. Поэтому Берия подобного в своем письме написать не мог. Вопрос: зачем фальсификатор написал это?

     А надо понять цель письма – оно должно было попасть в руки технического персонала Совмина и ЦК – секретарей, помощников, клерков. А они бы разнесли слух всем, что Берия из заключения пишет раскаянные письма. Но эти люди еще помнили почерк подлинного Берия, и чтобы они не сильно удивлялись, что почерк какой-то не такой, сделана эта приписка: дескать, пенсне у Берия не было, вот и почерк не похож.{П44}

     У третьего письма такие же признаки фальшивки, но я думаю, что о них хватит.

     Итак. Все рассмотренные выше факты объясняются только одним – суда ни над Берия, ни над его товарищами по несчастью не было. И все цитируемые "протоколы" этого суда – состряпанные под руководством Руденко фальшивки.

     Тем не менее, давайте займемся ими подробнее.

 

 


{П43}Когда "признанному идеологу" М. Суслову поступило предложение принять Закон о печати, он искренне удивился: "Зачем закон, когда есть ЦК?"{Л181}
Назад

{П44}Между прочим, и тут Хижняк "вспоминает" невпопад. На вопрос, много ли Берия писал "сидя в заключении", Хижняк сказал: "Первое время – много. Все, что он писал, забирал командующий у него из рук. Он приходил, когда Берия писал. Потом приказано было отобрать у него бумагу, карандаш и пенсне, что я и сделал, и отдал генерал-полковнику Москаленко"{Л182}. А помощник Москаленко Суханов утверждает, что пенсне у Берия было отобрано в первые минуты ареста и все время хранилось у Суханова{Л36}.
Назад

 


{Л36}В. Карпов. Расстрелянные маршалы. М., "Вече", 1999.

{Л72}Берия: конец карьеры. Сб. М., "Издательство политической литературы", 1991.

{Л74}Лаврентий Берия 1953. Сборник документов. М., Международный фонд "Демократия", 1999.

{Л78}П. Судоплатов. Спецоперации. М., "Олма-пресс", 1997.

{Л94}Г.А. Куманев. Рядом со Сталиным. М., "Былина", 1999.

{Л100}С. Берия. Мой отец – Лаврентий Берия. М., "Современник", 1994.

{Л160}Ф. Чуев. Солдаты империи. М., "Ковчег", 1998.

{Л174}"Секретные материалы 20 века" 2000, No. 15, с. 30.

{Л175}"Наш современник" 1997, No. 6, с. 125.

{Л176}Ф. Чуев. Сто сорок бесед с Молотовым. М., "Терра", 1991.

{Л177}Л. Каганович. Памятные записки. М., "Вагриус", 1996.

{Л178}Д.Т. Шепилов. Воспоминания. "Вопросы истории", 1998, No. 3-7.

{Л179}Е.Я. Яцковис. Забвению не подлежит. М., Воениздат, 1985.

{Л180}"Комсомольская правда" 1953, No. 59, с. 1-3.

{Л181}"24 часа" 2001, No. 13, с. 2.

{Л182}"Вечерняя Москва", 28.07.1994.

 

 


 
В оглавление Продолжение
 

 

Раздел про
Гитлера:


  Rambler's Top100       Рейтинг@Mail.ru